У Ремизовой глаза больные, она в очках ходит, ей длинные сообщения писать врач запретил. Агаша же ждет чего-то вроде «Роскошь прекрасная, ты в нем принцесса, ах какая красавица…», и меду с конфетами в сиропе побольше. Вот она на Марусю и напала за короткое «Модное». Машка от нее сразу отписалась и Агафью забанила. И все так поступили. Баранова тогда решила выпускать газету, ребята к ней поперли! Почему? Многие живут в нашем поселке или в соседних. А для учителей построены таунхаусы, пока они работают в нашей гимназии, им бесплатно полдома положено.
– …! – снова не сдержался бизнесмен. – …! …!
– Теперь ее многие читают, ржут, на переменках обсуждают новости, – договорила Ира.
– Не новая мысль отстегивать гонорар непорядочным людям, – усмехнулась я, – нынче этот метод использует почти вся желтая и не желтая пресса.
– Они обо мне вообще не думают, – зашмыгала носом девица. – Придут вечером домой: «Какие отметки в школе?», «Дура, учись лучше!», «Домашнее задание сделала? Марш за учебники. Не смей выходить из комнаты, пока задачи не решишь». Все. Больше ни отец, ни мать меня не замечают. А как я математику сделаю, если ни фига не понимаю? Дома никто про газету не знает.
– У тебя профессионально сделан сайт, – заметила я. – Где деньги взяла?
– Со своей карточки, – вздернула нос девочка, – у меня бабок больше, чем у вас.
– А учителя? – удивилась я. – Они как реагируют на новости о себе?
Ира засмеялась:
– У преподов времени нет по нашим аккаунтам лазить, и у Агаши все закрыто. Хочешь войти? Купи подписку. Она педагогов не пустит, взрослых тоже, проверит сначала, кто к ней «стучится».
– На всякого мудреца довольно простоты, – усмехнулась я.
– Как вы ко мне попали? – изумилась Агафья.
Я не собиралась рассказывать ей о том, что Коробков может пролезть к кому угодно. Если информация хоть раз появилась в Сети, Димон ее непременно отыщет и добудет, невзирая ни на какие преграды. Но сообщать это девице не стоит. Я сделала удивленное лицо.
– Агафья! Элементарно создать профиль от лица школьницы.