Она пока не знает, что я не правнук генерала Загорского, а он сам.
— Дедушка сказал, что будет не больно, — тихо произнесла она. — А голос в свече сказал, что он врёт. В этом я убедилась… — Катерина откашлялась и сказала громче: — Не обращай внимания.
Только я хотел спросить, что за голос, как она замерла.
— Ты слышишь? — спросила она.
— Да.
Возле дерева слышалось какое-то шебуршение и писк. Кто-то сгрёбся в опавших листьях. Громова посветила туда. В свете фонаря отразилось два зелёных глаза.
— Это кот! — Катерина улыбнулась.
Она торопливо пошла туда, светя себе под ноги.
Луч света осветил кое-что. Длинная, блестящая нить. Проволока.
Зараза! Тут растяжка! Они решили действовать грубее!
— Стой на месте! — крикнул я. — Не шевелись!
Глава 13
— Стой на месте, — повторил я.
— Да что такое? — недовольно спросила Катерина Громова. — Это всего лишь кот, и ему…
— Под ноги себе посмотри!
Она опустила голову и испуганно вздохнула.
— Посвети мне, — сказал я спокойным голосом. — И не сходи с места, хорошо?
Паниковать в таком деле — это смерть, её и моя. Громова нажала на скобу фонарика. Он засветился вновь.
— Теперь свети мне. Вот умница. Я иду.
Я очень медленно пошёл к ней, внимательно глядя в опавшую листву.
— Да зачем я вообще здесь нахожусь? — дрожащим голосом спросила Катерина. — Я могла жить там, дома, за морем. Там было хорошо, там они не ничего со мной не делали, я им нравилась!
— Спокойнее, — сказал я. — Но ты говори, если тебе так лучше. Только когда я скажу молчать — молчи.
— Я уеду. Уеду назад, тогда стану им не нужна. Им не нужно будет за мной охотиться.
— Они тебе не поверят, девочка.
Вот ещё одна проволока, Громова не задела её только чудом. С обеих сторон вкопаны деревянные колышки, к одному привязана армейская граната. Старьё, РГР-2. Но они мощные, в них порошок игниума. Убило бы нас на месте.
Я не сапёр, но и этот, кто поставил на нас растяжку, сапёром не было.