Муж напрокат. Бонус

― Поблагодари его от нас, ― устало пробормотал папа. Было слышно, что он сопротивляется, но все же должен произнести эти слова. ― Как дети? Оля, выпей валерьянку, в конце концов! ―зло произнес он, прикрывая микрофон. ― Прости. Мама решила, что она сама справится со стрессом, без лекарств. Сказала, что устала пить успокоительные.

― Дети хорошо, пап. Мы скоро переедем в дом Ксюши, Колин пообещал, что сегодня туда отправят клининговую компанию, чтобы… чтобы убрать там.

― Это хорошо. Ты его спроси, сколько все это стоит, я переведу деньги.

― Я справлюсь, пап. Это недорого. ― Я уже спрашивала. Дважды. Но Колин сказал, что не примет от меня деньги, потому что теперь это и его дети тоже.

Через минуту мама перехватила телефон у папы, и мы еще несколько минут разговаривали, пока она выспрашивала подробности, ахала и охала, а я успокаивала ее и старалась как можно сильнее сократить свой рассказ, чтобы не травмировать ее и без того расшатанную психику. Нора ласково улыбалась, поглядывая на меня.

Так неожиданно было получить поддержку от человека, которого совсем не знала до этого. И так странно было ощущать с ним родство душ.

Я думала, что после того, как меня морально истощил суд, буду хотеть только спать, но Норе все же как-то удалось своими отвлекающими разговорами вернуть меня в реальность и немного настроить на позитив. С каждым часом я улыбалась все чаще и все больше расслаблялась. Определенно, шампанское с селедкой и картошкой теперь стали ассоциироваться у меня со вкусом победы.

Глава 38 без цензуры

За ужином я плакала, вспоминая сестру. Смеялась над выкрутасами Ноа и Вики, над шутками Колина. Я давно не испытывала такого всеобъемлющего счастья и такой радости, которая наполняет сердце до краев. Такие моменты заставляют нас поверить в то, что больше никогда ничего плохого с тобой не случится. Дальше только счастье и мы, как сказал Колин.

Мы уложили детей спать ближе к одиннадцати, и пошли раскладывать подарки под елкой. Колин принес из машины несколько коробок и сложил их под елкой.

На одной из них было написано мое имя и я потянулась к ней, но он аккуратно отвел мою руку.

― Рождество еще не наступило.

― Но осталось всего несколько минут.

― Утром, Лана, ― с улыбкой ответил он, притягивая меня в свои объятия, в которые я тут же окунулась, завернувшись в них, как в шерстяной плед.

Мы сидели на полу и смотрели на огонь в камине. Обстановка в доме была расслабляющей и располагающей к мечтам.