Мужчина с огнестрелом

Ребятам, потратившим кучу сил, чтобы завоевать право стать напарником Мастера, очень обидно. И все же ты права. Тут не на детей надо злиться. Но попробуй теперь объясни это другим... детям.

-      По заднице этим другим детям, - тихо пробурчала себе под нос женщина. - Угу. Столетние крошки, годы прожили, а ума не нажили. Те, кто травит больных детей, над которыми и так дикари поиздевались, и недостойны быть парой Мастеру!

Последнюю фразу в запальчивости она произнесла громче других, и ее услышали за соседними столиками.

И мерное гудение разговоров на секунду прекратилось. Я заметила, как некоторые из обедающих действительно пристыженно опустили глаза, а кто-то, наоборот, возмутился. Но возразить вслух не посмел никто. Может быть потому, что самые старшие Мастера и, как я поняла, преподаватели, за своими столами тоже услышали и явно одобрительно покивали. Не все, но большинство, что очень радует, кстати. Всё-таки адекватных людей тут больше, чем завистливых психов...

-      Мама у нас воинственная и всегда за справедливость, - пояснила мне Ириска с веселыми искорками в глазах.

- Как начнет... ее только папа остановить и может. Ну или Мик - она его немного стесняется еще, и вообще обожает, как самого лучшего зятя.

-      Мик - это твой муж? - уточнила я.

-      Ага, муж. Будущий. Только он сам об этом пока не догадывается. Уже почти дошло, но пока тормозит, все ему местные законы и обычаи мозг туманят. Он же не землянин, как мы, а местный. Вот и привык думать, что мы и так пара, а это больше чем брак и все такое.

Он же еще мое привязанное Оружие.

Я улыбнулась в ответ, осмысливая информацию. Выходит, эта семья действительно мои земляки, потому у них отношение ко всему привычное, знакомое на фоне здешнего дурдома. А еще - выходит, когда мы с Максом создадим привязку, будем не просто женаты, а даже больше? Хм... хм.

Кстати, та казза, что на Макса слюни пускала, ни фига не устыдилась Марининых слов, наоборот, вздернула нос еще выше и сделала вид, что ничего даже не слышала.

Или это не про нее говорили. Или... короче, надо будет ей косички соломенные слегка повыдрать. Если станет и дальше смотреть на меня, как на внезапную падаль. Ну или ладно, пусть смотрит, главное, чтобы руки и язык не распускала. А то не посмотрю, что я в инвалидном кресле, а она дочь каких-то там Нордов."

"Я выпрямилась, улыбнулась в пространство безмятежной улыбкой совершенно счастливого человека и величественно проигнорировала все эти взгляды ненависти.