Мы слишком разные (СИ)

"

"Сейчас же я просто не знала, какие слова подобрать и совершить действия, чтобы Тимур понял, что нам следует попытаться еще раз наладить отношения. Тогда мы забудем и перелистнём этот лист истории, как один из неприятных.

Сердце надеялось, а головой понимала, что это конец.

— Пожалуйста, — сделав судорожный вздох, хотела попросить лишь об одной просьбе. — Давай ты подумаешь ещё раз. Не будешь рубить с плеча. И потом позвонишь, если передумаешь.

Тень сомнения возникла на его лице.

Мне очень хотелось дать шанс себе и ему.

— Пожалуйста, — добавила ещё раз, буквально умоляя его.

Насколько это унизительно, мне не хотелось думать. Если бы прошлая Ника, которая давала себе обещание не влюбляться, увидела бы меня, то дала бы по хребту.

Но сейчас я готова была на любые условия, которые позволят мне исправить то, что натворила.

— Ладно, — насилу сказал он.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

Видимо, мое лицо было настолько жалким, что Тимур смог немного оттаять. Он подошёл и обнял меня за плечи, прижимая к себе.

Я прижалась щекой к его груди. Именно с той стороны, где находились сердце. Громкие удары доносились к уху.

Его сердце билось так же быстро, как мое.

Я прижалась еще ближе, будто собираясь слиться с ним.

И желала лишь одного. Чтобы это никогда не кончалось.

Глава 31 Я уезжаю

Вероника

Тимур не позвонил. Ни в первый день, ни во второй, ни в третий.

Я ожидала его звонка, держа телефон в руках.

С каждым днём вера в то, что он позвонит, угасала.

Его слова не были сказано импульсивно.

Он был настроен решительно разорвать наши отношения. И я никого не могла в этом винить. Только себя.

Бездействовать и отпустить — это тоже не вариант. Все просто: если совершила ошибку, то нужно её исправить. Кто-то бы посчитал, что я унижаюсь и плюю на свое достоинство, но в любви нет места гордости. Я бы могла хоть попытаться что-то изменить. Всяко лучше, чем страдать и плакаться в подушку, как делала все эти дни.

Когда я сказала маме, что собираюсь поехать к нему снова в офис, она попыталась остановить меня.

Тимур через отца расторг все договоренности между нашими семьями. Ей было стыдно за меня и родительница не хотела, чтобы я ещё больше унижалась и бегала за ним. А я не могла отпустить. Просто забыть, как будто ничего не было.

И я также надеялась, что Тим тоже ещё любит меня и сможет простить.

Вот только приехав офис и подойдя к рецепции к той же девушке, столкнулась совсем не с тем, что ожидала.

— Девушка, поймите, — устало сказала она.