На краю

На берегу залива Байкал рыбаки из Астрахани создали селение Северо-Астраханское. На западном побережье острова выросли небольшие рыбацкие деревни: Валуево, Невельское, Верещагино, Рыбное, Лангры, Успенка, Наумовка, Суворово, Луполово. Они расположились возле устьев маленьких рек, куда заходили на нерест кэта и горбуша. Объемы добычи были столь велики, что в сезон приходилось нанимать китайцев…

Население Тымовского участка научилось засаливать икру для продажи в европейскую часть России, а не в Японию за копейки, как прежде.

Опыт оказался удачным, промысел расширялся с каждым годом.

Трудности с обеспечением правопорядка будоражили многострадальный остров. При его малолюдстве в год происходило по двадцать пять убийств. Буйные ветераны Сахалина, все в прошлом грабители и убийцы, не хотели бросать старые привычки. За первые два года мирной жизни пришлось повесить десять человек. Люди отказывались служить в полиции, и туда стали направлять срочнослужащих солдат. Между переселенцами и ссыльными старожилами «острожного закала» постоянно происходили конфликты.

"

"К началу 1913 года на острове Сахалин проживало 10 400 человек. Из них 2300 являлись инородцами (гиляки, орочены, немного тунгусов и якутов) и 869 — иностранцами (корейцы и китайцы). Крестьян свободного состояния было всего 500. Ссыльных — 1 730, из которых 82 ссыльнопоселенца и 1 648 ссыльных из крестьян. Последние имели урезанные, по сравнению с вольными, права: не могли поступать на государственную и общественную службу, им запрещалось выбирать промысловые свидетельства на некоторые виды торговых и промышленных предприятий.

Последние могикане старого Сахалина по-прежнему задавали тон. Они жили по каторжным законам, действовали сплоченно, непокорных выживали или убивали. Обыватели боялись доносить на них полиции из страха мести. Именно такие люди и могли укрыть Чуму.

От Николаевска до Александровского поста зимой можно было добраться только на собаках. Гоньбой занимались гиляки и брали недешево. А тут еще трудности со снабжением.

Пароход «Кишинев», везший провиант на зиму, не смог выгрузиться в Александровском порту из-за шторма и льда и ушел обратно. Это случилось еще 31 октября. Остров остался почти без продовольствия. Сахалинцы ждали февральской меховой ярмарки. На нее приезжали богатые якутские купцы, составляющие большие караваны. Эти уж доставят всего вдоволь, вплоть до французского шампанского.

Лыков снова утеплил подчиненных за собственный счет.