Он служил с вашим сыном Николаем.
— Монгол? С Николкой? Это могло случиться только в Семипалатинске.
— Там и было. Так вот, мои люди вычислили резидента пекинской разведки во Владивостоке. Им, как и следовало ожидать, оказался помощник начальника китайской полиции Юйхундэ.
Лыков жестом остановил поручика и спросил:
— Извините, перебью. Кто такой Тунитай?
Насников задумался:
— Где-то я слышал эту фамилию. Ах да! Он владелец магазина китайских сувениров на Миссионерской улице. Почтенный торговец, я у него недавно жене лаковую шкатулку покупал.
— Да? Когда я разоблачил японского резидента в Корсакове, он тоже с виду был почтенный торговец. Лавочку держал, угощал меня рисовыми конфетами. А оказался капитаном Генерального штаба, — возразил Лыков.
Насников запнулся, потом вперил в сыщика умный взгляд:
— Что вы узнали? Прошу сообщить.
— Мы допрашивали на днях владельца пивной на Мальцевской, некоего Быдлова, — заговорил Сергей. — Не слышали такую фамилию?
— Нет.
— Это содержатель уголовного притона.
— Так вы уже все знаете!
— Не все, но многое, — осадил поручика статский советник. — До этого мы скоро дойдем. Пока же вот что он, Быдлов, сообщил интересного. У него в пивной люди Тунитая общались с маньяком! Вот такой он торговец сувенирами. По словам Быдлова, именно этот человек на самом деле командует желтой полицией Владивостока, прячась за подставную фигуру Юйхундэ.
— Не может такого быть, — решительно заспорил поручик. — Мои осведомители давно бы об этом сообщили. Тут какая-то ошибка.
— А если нет? — спросил Лыков. — Если ваши люди не допущены к столь важным секретам?
— Владелец пивной допущен, а они не допущены?
— Так бывает в нашем деле. Вы воспользуйтесь этими сведениями. Ориентируйте агентуру. Быдлов сообщил, что Тунитай — самый страшный и могущественный человек в городе. Видимо, главный резидент китайских секретных служб. При нем состоит шестеро телохранителей, опасных ребят, обученных убивать голыми руками.
— У Тунитая в магазине шесть молодых приказчиков, — вспомнил вдруг поручик. — Неужели? Да, я сегодня же вызову своего лучшего человека и нацелю его.
— Вы уверены, что тут не просто уголовные дела, но и политика, шпионаж? — задал важный вопрос Азвестопуло.
— Уверен, Сергей Манолович. Сейчас докажу.
Насников понизил голос:
— Аркадий Никанорович вчера телеграфировал генералу Таубе.