Как только нужного человека опознают, следует доставить его в жандармское управление Уссурийской железной дороги для следственных действий. Дежурный уже получил распоряжение бригадного командира и не возражал.
Однако оказалось, что собрать экипаж эсминца непросто. Матросы старших возрастов числились в одной роте, молодые — в другой, а денщики — в третьей… Пришлось вызывать их из разных казарм. Наконец людей с «Грозного» построили в коридоре. Те недоуменно галдели и отпускали соленые шутки. Филер прошелся вдоль строя, развернулся и двинул обратно.
— Колиберский, что случилось? — почуял неладное Лыков.
— Его тут нет, ваше высокородие.
— Нет? Ты уверен? Пройди еще раз.
— Зачем? У меня глаз наметанный.
Сыщик подозвал дежурного по казарме кондуктора и спросил, где еще могут быть люди с нужного им корабля. Тот ответил: все здесь, не считая трех, которые в лазарете. Ну, еще десять в рабочей команде и семеро в учебной…
Они решили уже ехать на эсминец, искать там.
— Погоди-ка.
Тот растерянно ответил:
— Я ж козырял… вы разве не видели?
Поручик ткнул в него пальцем и спросил Алексея Николаевича:
— С какого он, по-вашему, корабля?
— С «Грозного».
— А если приглядеться внимательнее?
Лыков посмотрел и ахнул:
— С «Грозового»!
Он вцепился в матросика с другой стороны:
— А что, есть и «Грозный», и «Грозовой»?
— Так точно. Этот эскадренный, из первого дивизиона.
— В какой казарме стоите?
— В разных… Я как старослужащий в седьмой.
— Веди.
Вся компания устремилась в новом направлении. Колиберский шел последним и бубнил:
— Как же я обознался? Сбоку смотрел, а там не поймешь… Начало-то одинаковое!
История со сбором матросов повторилась. Когда лейтенант выстроил экипаж, филер сразу опознал щекастого малого с красными ушами:
— Вот он.
— Как звать? — рявкнул питерец.
— Евдоким Чарый-Антонов.
— Двойная фамилия? — удивился статский советник. — На дворянина ты не больно похож.
— Это у папаши так вышло…
— Он у тебя крестьянин из ссыльных? — высказал догадку сыщик. И матрос подтвердил:
— Так точно. У нас на Сахалине многие имели по две фамилии…
— Ты вырос на Сахалине? Тогда должен знать Недоноскова по кличке Собака Ваня. Ну?"
"— Никак нет, ваше высокоблагородие, не приходилось знавать. Сахалин большой.
— Да-а? — сделал страшные глаза Лыков.