– С другой стороны, – продолжал Роб, – у меня самого очень низкое кровяное давление. У Хьюардов это в генах. Меня мало что способно взволновать.
– Не забывайся.
– Прости, – поправил он себя. – Ты исключение из правила.
Однажды исключением из правила стала Клер… и другие. «Конечно, у меня были девушки до тебя».
Шина кокетливо улыбнулась:
– Так-то лучше. А теперь посмотрим, не захочет ли хладнокровнейший из Хьюардов просветить моих читателей.
Роб оказался прав. Кэл работал в библиотеке за широким письменным столом, и именно работал, а не мечтал о вечной любви.
Шина обратилась к нему:
– Мне хотелось забрать свои записи."
"Он достал ее листки из-под бронзового пресс-папье и протянул ей. Пишущая машинка стояла на небольшом бюро орехового дерева, и, направляясь к нему, Шина спросила Кэла:
– Почему бы тебе не нанять секретаршу?
– Я предпочитаю работать один.
– Ладно, – сказала она. – Дай мне твою рукопись, и я пойду со своей машинкой в другую комнату.
Он извинился:
– Прости, я был невежлив.
– Да, не скрою, – согласилась Шина. – Этой ночью мы работали в одной комнате. Хоть раз тебя оторвали от дела?
– Нет. Время от времени устраивали сюрпризы, но прерывать не прерывали.
Это напоминало хорошую команду – полная тишина, каждый занят своим делом. Хижина запомнится надолго.
– Что тебе напечатать? – спросила Шина.
– А твои руки?
Девушка взглянула на пальцы. Она могла держать чашку чая, но печатать на пишущей машинке, особенно длительное время, – это уже сложнее.
– Может, лучше в какой-нибудь другой день, – предложил он.
– Наверное, ты прав, – согласилась она. – Ну а насчет интервью?
– А какого рода статью тебе хотелось бы написать?
– Зависит от того, что ты мне расскажешь. Гарри Раш, главный редактор, – тот человек, вместе с которым ты вошел в офис… – Она запнулась, вспомнив неловкую ситуацию, в которой оказалась, и скорчила озорную рожу. Оба рассмеялись. – Так вот, Гарри Раш, – продолжила она, – поручил мне спросить тебя, что чувствует человек, находясь на вершине.
– Что чувствовала ты? – ответил Кэл вопросом на вопрос.
– Держалась за жизнь обеими руками и думала: «Боже, только дай мне спуститься вниз, уж я никогда больше не залезу так высоко!»
– Миллион раз говорил себе то же самое.
– Но я говорила серьезно.
– Я тоже, – заверил Кэл. – Каждый раз.
– Где именно ты побывал во время последней экспедиции? Место, кажется, называется Мустанг, верно?
Это было место в предгорьях Тибета.