– И что делать-то будем? – спросил Митька."
"Он-то для себя давно решил: к черту охотников и бессмертие. Все, что ему надо, – найти в Трилунье Карину. Глобальные задачи – потом.
Бабушка Ангелия усмехнулась:
– Выживать. Учиться будете, как сумасшедшие, развивать свою четырехмерность. Проходить испытания на знаккерский дар. А мы будем вас охранять.
Чего еще ожидать от этих взрослых… Идея, что кто-то будет его охранять, Митьке совсем не понравилась, но он смолчал. Нет смысла в громких протестах, если все равно сделаешь, как велено.
– Мы отправимся в Трилунье, в мой дом во Втором городе луны, – объявила Ангелия. – Тропа открыта, и мы с Гедеминасом пройдем в Третий город луны, а оттуда – домой. Так будет быстрее, чем лететь в Вильнюс и открывать тропу оттуда.
– Вильнюс?.. – Митька от изумления даже не договорил.
– Чему ты удивляешься, Гедеминас? Второй город луны – Вильнюс. На земле у городов луны есть собственные названия, а в Трилунье – нет.
– А первый?.. – подал голос Арноха.
На секунду глаза и Ангелии, и Марка затуманились.
– Никто этого не знает, – мечтательно проговорила старая знаккерша. – В витке Трилунья Первый город луны находится на одном из Тающих островов. Простым смертным… как и простым бессмертным, туда дороги нет. А если кто и попал туда с Земли, пройдя лунной тропой… что ж… в мире каждый день немало людей исчезает бесследно.
Марк только вздохнул и закрыл глаза.
– Львом можно родиться, но можно и стать им, – проговорил он.
Замечтался?
А Кира, видимо, на секунду потерял контроль над собой и провел по столу лапой. На столешнице остались глубокие царапины.
– Мебель мне не порть. Когти есть, ума не надо, – не открывая глаз, проворчал Лев.
– Дирке говорил. Там могут помочь, – в своем обычном «стиле робота» рыкнул ликантроп. – Надо туда.
– Не так скоро. – Ангелия заковыристо перебрала пальцами в воздухе, сотворяя знак, и на стол упала обычная тоненькая папка с документами.
– Что это? – почти в один голос спросили все.
– Твой контракт, бестолочь, – ответила бабушка, обращаясь только к Кириллу.
Тот резко вскинул голову, недоверчиво уставился на нее.