Он вальяжно подошел к нам, протянул мне бумажный стаканчик с кофе и выдал:
– Держи, Катерина моего сердца!
Убью! Стаканчиком! Семечками закидаю, балабола!
– Катя, это кто?
Я уже начала привыкать, что на Эдуарда все реагировали очень бурно, и Лиза не вошла в список исключений.
Маргинал спокойно осмотрел ее с ног до головы, а потом широко улыбнулся и заговорил:
– Катя, это твоя подруга? Так на мою покойную бабу Шуру похожа… О, и смотрела моя бабка на меня так же, – окончательно распоясался он. – Глаза прищурит, руки в боки и смотрит, как будто я ей в третью чакру плюнул.
Лиза хватала ртом воздух, а Эдуард уже тащил меня на улицу.
Я не сопротивлялась, уходя в глубокий аут после его речи.
– Катюх, отомри! – уже на улице попросил Эдуард и помахал рукой с зажатым в ней кофе у меня перед носом.
– Что это было? – выдавила я.
– Что? А, ты про эту… Катюх, ну у тебя на лице субтитры как в переводе Гоблина были, сплошь матерные. Я и подумал, что вы не дружите. Че, накосячил, да? Извиниться? Хотя нафиг тебе такая подруга, ты ее харю видела? Я, Катерина, в людях разбираюсь.
– Откуда ты взялся на мою голову? – взвилась я.
– Да я случайно в ваш район забрел, сижу, ворон считаю, дорогу домой вспоминаю, а тут ты такая вся, как королева. Я времени терять не стал, познакомиться хотел, а там этот чепушила пробегал и тебя ограбил.
Эдуард заботливо проводил меня до лавочки, усадил, всучил кофе и приземлился рядом, закинув ногу на колено. Сделал глоток кофе и, по всему видно, наслаждался жизнью.
Мне же кусок в горло не лез, но любопытство пересилило.
– Где ты живешь, Эдуард? – спросила я.
– В гости хочешь? – сверкнул он глазами.
– Нет, просто интересно, откуда ты такой красивый и оригинальный взялся.
Он отвернулся на мгновение, снова повернулся ко мне и доверительно признался:
– Я в деревне рос. Ну, в смысле, меня с братом на лето туда отправляли, потому что мы оба термоядерные. Активные очень с детства.
– Как брата зовут?
– Иннокентий, – признался Эдуард, а я поперхнулась кофе.
Сердце застучало в груди, а я достала из сумочки обычный лист бумаги, на котором мы пару дней назад с моей лучшей подругой Авророй писали список идеального мужчины.