По случаю жары сменил мастерку на футболку в бело-синюю полоску, а туфли – на сандалии, при этом оставаясь все в тех же желтых носочках. Любимый картуз на голове он залихватски сдвинул набекрень, а на нос нацепил темные очки.
В руке у маргинала был обычный пакет, который он крутил на указательном пальце.
– Катерина, доброго вечера, – пропел он.
– Уже откинулся? – пробурчала я, переходя на его язык.
– От звонка до звонка, – согласно закивал недогопник.
– Что надо? – я выпрямилась и посмотрела ему в лицо.
Пыталась посмотреть, но с моими метр шестьдесят без каблуков пришлось сильно задирать голову.
– Катя, мне ночью один фраер авторитетный подсказал, что путь к сердцу женщины лежит через желудок. Поэтому вот!
Он залез в пакет и достал… Кабачок!
Я смотрела на овощ круглыми от шока глазами и хватала ртом воздух:
– У меня нет слов.
– Слова не нужны, Катерина. Ну так что, пойдем мой день варенья отмечать? Я вино купил. Шато де пакет, удобная трехлитровая фасовка.
Из уст вырвался нервный смешок, а вот дар речи пропал.
– Как ты не понимаешь, мы созданы друг для друга, Катя. Ну и что, что ты создана чуть раньше…
– Убью, – пригрозила я.
– За что? – не понял Эдуард. – Ты же сама из-за возраста переживала. Мне вот вообще фиолетово, сколько там тебе стукнуло по паспорту.
– За то, что никак не прекратишь издеваться надо мной! – я даже ногой топнула.
– Когда будешь мое тело в лесу закапывать, то сверху посади исчезающие виды растений, так не раскопают, – авторитетно посоветовал Эдуард, пока я краснела и бледнела.
– Я тебя в бетон закатаю, – пообещала я, – так точно не найдут.
– Все из-за кабачка, да? Так и думал, что ты баклажаны больше любишь, – продолжал измываться он.
Я громко сопела, не находя слов, чтобы достойно ответить.
– Куда собралась? – продолжал Эдуард.
– На стройку.
– А ты серьезно настроена. Ладно, поехали. Катя, я совершенно для тебя безопасен, ты не думай ничего. И в стройке разбираюсь.
– Я помню. По принципу – не понравится, спалим нафиг, да?
– Нет стройки – нет проблем, – выдал он очаровательную улыбку.
Эдуард прятал глаза за стеклами темных очков, но я была уверена, что они смеялись.
– Да пошутил я. Кать, ты вон какая крохотная, и одна на стройку собралась. Непорядок. Я с тобой, вдруг обидят? И со мной никогда не скучно.
– Я заметила, – выдохнула я.
– Вот. Если боишься – позвони своей подруге, пусть тоже подгребает. Зуб даю, ты сегодня вернешься домой, целая и невредимая.