Удивительная вещь, я впервые не думаю о маме, как раньше. Мне даже полегчало на душе. Жаль, что не высказала все, что хотелось. Только сейчас, глядя на проносившиеся перед глазами дома, я понимаю, что она не позвонит и не придет. У нее есть Влад. А у меня есть Марк. Ведь есть же еще? Запрокидываю голову назад и мысленно прошу, чтобы все наладилось. А пока надо приготовить вкусный ужин и обязательно купить шоколадных конфет. Да, так и сделаю.
К восьми все было готово. И свечки на столе, и вкусная еда, и два бокала с бутылкой вина.
— О! Не сбежала. А я думал уже пятками сверкнула, вещи забрала и придется устраивать бегус поискус.
— Марк…"
"— Секундочку, мне надо сделать одно очень важное дело, — проходит в квартиру не скидывая обувь, и идет в сторону кухни. Я могла бы сказать, что он пьян и не понимает, что делает, но нет, пьяным его не назовешь, если только чуть выпившим.
— Марк, — хватаю его за руку. — Стой. Прости меня, пожалуйста. Я была не права, тебе сложно меня понять. Да я цепляюсь за маму. Какой бы она ни была, но она моя мать. И да, она все, что у меня было до тебя. Но ты это совсем другое, ты мне очень нужен… ты…
— Тсс…, - прикладывает палец к моим губам. — Давай сначала найдем какие-нибудь емкости, а потом поговорим.
— Какие емкости, ты о чем?
— У меня лопнули два ведра.
— Марк, какие ведра? Ты сколько выпил?
— На мой вес сущий пустяк.
— Марк, может ты чего-нибудь паленого выпил? Где ты был?
— На обезьяну смотрел. Шучу, я ее не видел. Оля запретила. Говорит только вдвоем. Ладно, раз ничего нет, пойдем так заносить, — все что мне хочется сказать, это то, что Озеров шмякнулся головой по дороге домой.