Задача оказалась слишком тяжелой. Даже самый крепкий замок Нагасима был не чета Аноце, не говоря уже о Гифу, но располагался среди болот — ни обложить толком, ни атаковать, не говоря уже о подкопах. Синоби тоже не порадовали. Они сожгли пару форпостов, расположенных на краю болот, и грохнули самыми разными способами с сотню вражеских воинов, но у тех не было явного лидера. Убьешь одного командира, на его место выбирают другого, причем иногда даже более толкового, чем предыдущий. Нужен был флот, чтобы отрезать снабжение по воде, и большое количество плоскодонных плавсредств для переброски воинов под стены замка для нападения.
Впереди поскакали гонцы, которые передали сёгуну Асикаге Ёсиаке послание из семнадцати пунктов, названное позже «Дворцовыми положениями», в которых Ода Нобунага подробно изложил, что тот ведет себя, как конченый жлобяра, а не мудрый правитель, заботящийся о своем народе, и посоветовал резко исправиться, или власть перейдет к тэнно Огимати. Уверен, что список очень не понравилось Асикаге Ёсиаке, но против многотысячной армии не попрешь, тем более, что жители столицы воевать за его интересы не собирались.
Как ни странно, тэнно Огимати тоже не сильно обрадовался, узнав, сколько ответственности может свалиться на него, потому что долго жил на милости разных даймё, переезжая от одного к другому, и теперь был обязан многим. Ему, конечно, не впервой отвечать за распоряжения, которые не издавал, но отношения с некоторыми друзьями и благодетелями наверняка будут испорчены, чего тэнно, человек мягкий, отзывчивый, доброжелательный, хотел бы избежать. Я объяснил ему, как сумел, что так уж заведено: одни принимают решения, а другие отвечают за них; не умеешь или не желаешь быть одним из первых, будешь среди вторых.
К тому же, во время похода Ода Нобунага вернул тэнно Огимати на завоеванных территориях все земельные участки, которые раньше принадлежали предкам правителя Нихона, а потом были растасканы жадными и неблагодарными поданными, что тоже обязывало помогать даймё. Кто не хотел возвращать прихваченное по-хорошему, становился немного короче.