— Молодец какой! Ты его похвалил? Дал вкусняшку? — серьезно спросила Света. — Ты же не забыл, что он любит?
— Черную икру, помню… — вздохнул адмирал. — У твоего Игоря губа не дура… Кстати, а у него есть губы?
— Хех, пап, ты такой иногда простофиля, я не могу! — окончательно пришла в норму Света.
Рот сам непроизвольно растянулся в улыбке. Петр понял, что эту маленькую, но очень важную битву за настроение своей дочери он выиграл.
— Хорошо, что у тебя только один питомец, — хмыкнул Петр. — А то, как у Кузнецова: пара десятков тварей и каждый любит что-то свое… У него там никого нового не появилось? А то вдруг…
— Нет, пап, у Миши больше никого не появилось, — и опять в голосе эта вселенская печаль и грусть.
— Света, ты чего? Свет, ну я же просто… — но трубку уже положили.
— Да епт… — выругался Нахимов. Однако проходящая мимо работница порта шарахнулась от адмирала и поспешила скрыться в одном из кабинетов.
Петр поправил одежду, отряхнул брюки и подошел к зеркалу, чтобы посмотреть на себя со стороны.
В руках он продолжал держать шарик Игоря.
— Ну что, приятель, пошли посмотрим, что нам предложат? — он ловко подкинул предмет и, оттопырив карман, забросил внутрь.
Нахимов прошел по длинному коридору, застланому старыми красными ковровыми дорожками, и остановился у дверей с надписью «Зал переговоров».
Зайдя внутрь, он почувствовал странный запах тухлятины. Нет, не смрад, а едва уловимое амбрэ, и не поймешь откуда оно исходило.
Вдоль длинного дубового стола сидели несколько представителей флотов Японии, Китая и Кореи. Все с переводчиками и помощниками. Адмирал в душе улыбнулся, сколько же лишних бездарей содержат другие государства. Каждый мог говорить и на китайском, и на японском, и на корейском языках, но зачем-то решили приплести еще и своих помощников. И переводчиков.
— Добрый день, господа, — поздоровался со всеми Петр.
Все встали, чтобы поприветствовать адмирала Нахимова.
— Задерживаетесь, — недовольно подметил китайский представитель, слегка улыбнувшись.
Петр скривился и, ничего не сказав, прошел во главу стола. На стене висели огромные часы, которые показывали без пяти минут двенадцать.
— А по-моему, мы договаривались на полдень, — резонно подметил корейский представитель флота. — И Петр Борисович пришел вовремя. Не стоит лишний раз конфликтовать.
— Уважаемый, Ма Док Су, вы бы так следили за своими немногочисленными судами, как за временем, — ответил китаец.