Записала меня в журнал, взвесила, измерила и, подхватив мои пакеты, повела вглубь здания, спокойно приговаривая, что процесс ждет тяжелый, но оно того стоит. Я вперевалочку шла за ней, рассеяно слушая и глядя по сторонам. Мы с ней зашли в огромный лифт, настолько большой, что туда без проблем можно было завести две каталки, и поднялись на третий этаж.
Пройдя по небольшому коридорчику, оказались у дверей с надписью ""Дородовое отделение"". Медсестра завела меня внутрь, где за столом сидела другая женщина, поставила мои пакеты на стол и, пожелав удачи, ушла.
Пока меңя записывали в очередной журнал и заводили карту, я стояла, уперевшись руками в спину. Медсестра несколько раз настойчиво рекомендовала присесть, но я отказывалась. Если сядешь,то потом придется вставать, а для меня в нынешнем состоянии это большая проблема.
Пока ждала оформления, с интересом смотрела по сторонам. По коридорам бродили такие же колобки, кақ и я, уже готовые встретиться со своими ангелочками. Но были и женщины с небольшими пузиками, по–видимому, лежавшие на сохранении.
Медсестра закончила оформление документов и повела меня в палату, даже не взглянув в сторону пузатых пакетов. Поморщившись, подхватила их сама и побрела следом.
Моя палата была под номером пять. Достаточно просторная и светлая, с бoльшим окном, выходящим на балкон.
Здесь стоял стол и четыре кровати. Две вдоль одной стены, две вдоль другой, рядом с каждой маленькая тумбочка. Судя по наличию вещей, занята была тoлько одна из них,та, что в самом углу.
Некоторое время я просто стояла, растерянно глядя по сторонам, а потом начала разбирать пакеты. Много доставать не стала, потому что большая часть вещей потребуется уже после, когда переведут в другое отделение. Выставила кружку, набор столовых приборов, гигиенические принадлежности. Пожалуй, и все, больше ничего не надо.