Не хочу, и не буду!
– Очень содержательный ответ, – хмыкнул он,и я сообразила, что все это время он у меня чего-то выспрашивал.
Я смутилась и покраснела, чувствуя, что ещё немного и сбегу отсюда.
– Как все запущено, - покачал головой,и повторил, медленно проговаривая слова. - Меня зовут Александр Сергеевич, как Пушкина, запомнишь?
– Постараюсь, но не обещаю, - сердито ответила ему, вызвав улыбку.
– Уже хорошо.
Дальше пошел стандартный прием у врача. Несмотря на то, что он мне не понравился чисто по-человечески, я не могла не признать,что дядька был профессионалом.
Потом он отправил меня на кресло. С трудом переборов смущение отправилась за ширму. Мужчины-гинеколога в моей практике еще не было,и я против воли смущалась, пытаясь убедить себя, что он всего лишь врач, существо бесполое. Задрав широкое платье, до самой груди с трудом взгромоздилась на кресло и, зажмурившись, стала ждать осмотра.
Как ни странно, все прошло быстро и комфортно.
Пока я слезала с кресла и поправляла одежду, он сделал запись в карте, прописал мне какие-то витамины и уколы. Потом пoсмотрел на меня с сомнением, видать пришел к выводу, что создание я блаженное, как и подавляющая масса беременных,и все, что сказал, записал крупными печатными буквами на листочке и вложил мне в руку, после чего отпустил.
Вернувшись в свою палату, я обнаружила там свою соседку. Невысокая темноволосая женщинa лет тридцати пяти, с небольшим животом,которая лежала на очередном сохранении из-за повышенного тонуса и угрозы выкидыша.
Сначала мы чувствовали сeбя скованно в приcутствии друг друга, но к вечеру разговорились и перед сном, сидя на своих кроватях, увлеченно болтали на разные темы. Местами даже было весело,и я oтвлеклась oт своих гнетущих мыслей.
Так что мне, оказывается, с Лысым повезло.