Карие глаза, с вкраплением золотистого, были наполнены решимостью бороться со мной. Ноздри девчонки раздувались. Того и гляди начнет огонь извергать, как мифические драконы. Мне даже показалась слегка забавной её оборона, но я старался сохранить невозмутимое выражение лица.
— Одно неверное движение стоит жизни твоих родных! Не стоит забывать об этом, — бросил я с гневом, отпустил её руку и ушёл, оставляя обдумывать мои слова.
К черту этот деканат сегодня. К черту малявку! Потом разберусь со всем этим.
Я, конечно, понимал, что нельзя заставлять беременную волноваться, но её глупое отсутствие инстинкта самосохранения начинало уже серьёзно выводить из себя.
Глава 8. Ксения
Сердце заколыхалось в груди, меж ребер, будто в клетке забился маленький птенчик, которому теперь хотелось срочно выбраться на волю. И мне не хватало воздуха, как этому птенцу — свободы, чтобы расправить крылья и упорхнуть из-под когтистых лап Ястреба…
Барышев угрожал мне, а я, дура, — самая настоящая дура! — снова не смогла сдержать язык за зубами и выдала ему всё, что было на уме в тот момент под властью эмоций.
Он плюнул в меня ядом и ушёл, не дав ничего сказать в ответ, да и смогла бы я подобрать какие-то слова? Вряд ли, потому что удушливый ком схватил горло и не позволял выдавить и звука.
После угроз Барышева на душе сделалось очень неспокойно.
Добравшись до нужной остановки, я выскочила из автобуса и направилась к дому. Ноги отказывались идти, подкашивались, а в ушах звенели угрозы Барышева. Чем больше я думала о последних неделях, после того как Лика попросила сходить за нее к врачу, тем сильнее увязала в собственных страхах.