Точнее, отец есть, но неизвестно, кто он! Вдруг я с охранником отеля переспала? Или еще с кем-то? Ничего не помню… И ничего не могу поделать с этими мыслями, они изводят меня!
Я была уверена, что отец ребенка Зен, что потом мы станем семьей и не ожидала, что результаты теста так отразятся на моем эмоциональном состоянии. Несколько дней глушу в себе порыв связаться с отелем, где все произошло, попросить у них записи с камер видеонаблюдения. Но в какой-то момент это желание пересиливает, и я звоню на ресепшен.
Администратор сообщает, что записи хранятся на сервере три месяца, затем стираются с жесткого диска.
Пальцы начинают трястись, и я едва не роняю телефон на пол. Надежда, что Леон мог подделать результаты теста, гаснет, погружая меня в еще больший мрак.
— Спасибо. — Сбрасываю вызов и иду к окну.
На улице дождь. Небо пасмурное, серое, как и мое настроение. И рада бы чем-то отвлечься от своих ужасных мыслей, но не получается. Ни книжка, ни сериал, ни вкусная еда — ничего не помогает. Абсолютно. Я в состоянии непрекращающегося стресса."
"И ощущаю себя еще более подавленно, когда возвращаюсь в Москву.
Все усугубляется тем, что на глаза попадается новость. Хотела бы сказать, что случайно, но Ника теперь пристально следит за жизнью греков.
Долгое время про Зена была тишина, и вот в светской хронике появилось его фото.
«Зачем ты это присылаешь?» — пишу Нике в ответном сообщении.
И так тошно.
«Думала, тебе будет интересно увидеть. У него, в отличие от тебя, все замечательно».
Интересно, как же. Еще хуже становится от картинок, которые начинают играть красками в воображении.
Много лет я жила любимой работой, у меня был четкий график, а сейчас всего этого я лишена. Может быть, позвонить знакомым, поинтересоваться, нет ли у них работы? Хочется найти себе хоть какое-то занятие, чтобы не думать о сложившейся ситуации. Раньше всегда спасалась самоанализом и самодисциплиной. Училась чему-нибудь новому и ни дня не сидела без дела. Теперь моя жизнь кардинально изменилась и сложно подстроиться под новые реалии.