Робб ухмыльнулся и поднял взгляд от комка, который держал в руках.
– Она не причинит тебе вреда, Джори, – отвечал он. – Она мертва.
Брана сжигало любопытство. Он пришпорил своего пони, но отец велел ему спешиться перед мостом и идти пешком. Бран соскочил с коня и побежал. К тому времени Джори, Джон и Теон уже спешились.
– И что же это такое, клянусь всеми семью пеклами? – проговорил Грейджой.
– Волчица, – сказал ему Робб.
– Урод, – отвечал Грейджой. – Погляди на величину.
Сердце Брана отчаянно стучало, пока он пробирался к братьям через сугроб, провалившись в него по грудь.
– Это не урод, – невозмутимо отвечал Джон. – Это лютоволк. Они больше обычных.
Теон Грейджой заметил:
– Уже две сотни лет лютоволка ни разу не встречали к югу от Стены.
– Вот он перед нами, – ухмыльнулся Джон.
Бран сумел оторвать взгляд от чудовища и, сразу заметив ком шерсти в руках Робба, с восторженным воплем пододвинулся ближе. Щенок – слепой шар серо-черного меха – тыкался носом в грудь Робба, державшего его на руках, и, не находя молока, грустно скулил. Бран неуверенно протянул руку.
– Давай, – сказал Робб. – Можешь погладить.
Бран нервным торопливым движением погладил животное, потом повернулся, услышав голос Джона.
– А вот и еще один. – Его сводный брат держал в руках второго щенка. – Их здесь пять.
Бран сел в снег и прижал волчонка к лицу. Мягкая шкурка грела щеку.
– После стольких-то лет лютоволки разгуливают по стране, – пробормотал Халлен, мастер над конями. – Мне это не нравится.
– Это знак, – сказал Джори.
Отец нахмурился.
– Джори, это всего лишь мертвое животное, – проворчал он. И все же он казался встревоженным. Захрустел снег под сапогами, отец обошел волчицу.
– Что-то застряло в ее горле, – отвечал Робб, гордясь, что нашел ответ на вопрос, прежде чем отец задал его. – Тут, сразу под челюстью.
Отец встал на колени и запустил руку под голову зверя. Сильным движением он извлек и показал, чтобы все видели, отломанный отросток рога, мокрый от крови.
Внезапное молчание вдруг окутало отряд. Люди в смятении глядели на рог, никто не осмеливался заговорить.