Наследник пепла. Книга IV

А теперь — всё целое: и каналы, и источник — работает исправно. Я всё проверила лично. Поэтому говорю: он не мой пациент.

Потом она покосилась на ректора и добавила:

— Уж простите меня за ремарку, но абсолютно здоровое тело без души жить не может. Это, скорее всего, вопрос ментального характера. Однако таких специалистов у нас нет. Если и было воздействие, то на уровне, недоступном нашему пониманию и изучению, а скорее профилю.

— Сомнительно, конечно, — ответил ректор, — но я запишу вашу позицию.

Будем учитывать её при дальнейшем составлении коммюнике.

Романов сделал жест, позволяющий Аграфене Петровне занять своё место."

"— Теперь у меня вопрос к артефакторам, — перешёл он к следующему участнику. — Павел Егорович, — обратился он к декану факультета артефакторики, — могло ли наличие какого-либо артефакта вызвать подобную реакцию у курсанта? Могут ли артефакты вступить резонанс с капищем? Есть ли данные о том, какие артефакты находились у Виктора фон Адена при себе на момент освоения медитативных практик?

— Простите, — подняла руку Аграфена Петровна и Владимир Ильич кивнул ей.

— Я знаю, что у него есть браслет от матери. Это специальный защитный артефакт рода Рароговых. Прошлый браслет распался, когда этого парня вытаскивали с того света. А в этот раз он остался целым. То есть ничего не понятно. Получается, защита не сработала.

Путилин тоже взял слово, извинившись перед коллегой-артефактором.

— Я должен упомянуть, — сказал он, — что курсант фон Аден всегда носил с собой некий камень-артефакт, который помогал ему восстанавливать источник и чинить магические каналы.

На занятиях он никогда с ним не расставался. Это такой камень, размером примерно с ладонь, напоминает форму яйца, а по сути — батарейка.

— Очень интересно, — проговорил Павел Егорович Тынянский, декан факультета по изучению и производству артефактов. — Если нам дадут возможность изучить этот камень, мы обязательно разберёмся, могло ли от него исходить воздействие или конфликт сил.

Без изучения артефакта, естественно, мы ничего сказать не можем. Мы должны посмотреть, изучить — тогда выскажемся.

— Я вас понял, — сказал ректор, разрешая Павлу Егоровичу сесть обратно. — С этим вопросом мы обязательно разберёмся. Разрешение я вам выпишу сразу же после собрания. Подойдите, пожалуйста, ко мне, когда всё закончится.

— Следующий вопрос у меня к факультету зельеварения, — продолжил он, обращаясь к декану.