Я, как увидел, сразу понял, хочу! – Мордатыч распахнул дверь в большую светлую комнату с огромными окнами, Галя зашла и сразу вспомнила, что когда-то здесь была, правда, вместо людей вспомнила лишь неясные образы и своё ощущение защищённости, любви и тепла.
Она подошла к огромному зеркалу, ткнулась в него лбом, и ей захотелось плакать.
– Ты чего? – заволновался Мордатыч.
– Я вспомнила!
– Чего?
– Бабушку вспомнила, я думала это другая бабушка, а это она была, та самая генеральша Неверова. – В мозгу Гали вдруг всплыло «мама Света».
– Давай выпьем за бабушку твою, тут осталось ещё, как раз хватит. – Он разлил шампанское.
– Царствие ей небесное, – сказала Галя, – за такую бабушку только «Кристалл».
Она немного выпила и поставила бокал на мраморную тумбу у зеркала.
– Это зеркало прадед привёз из Германии, военный трофей, – пояснила она Мордатычу. – Оно раньше у них в коммуналке стояло, все в коммуналке жили. И ещё была люстра и картина, мне мама рассказывала.
Галя оглядела гостиную.
– У меня чёткое условие было, квартира только вместе с содержимым, – тут же сообщил Мордатыч, наверное, решил, что она захочет забрать трофеи предков. – Я и цену Серому выше рынка из-за этого дал.
– Конечно, эти вещи ни в какую другую квартиру и не влезут, – согласилась Галя с печальным вздохом.
Она представила Мордатыча в камуфляже и с автоматом. Хотя, он-то как раз ни у кого ничего не отнимал, наоборот, вон, говорит, денег даже выше рынка дал. В этом Галя не сомневалась, что касается денег, Серый соображает, его на мякине не проведешь.
– Обидно, я понимаю, но что тут поделаешь. – Мордатыч развёл руками и смотрел с сочувствием.
– Ничего, – согласилась Галя.
– Есть, конечно, один вариант…
– Выкупить у вас квартиру обратно? – Галя усмехнулась. – У меня таких денег нет.
– Нет, это не вариант. Если я во что вцепился, уже не отпущу, – признался Мордатыч. – А я вцепился.
– Я вижу.
– Вот ты на меня обиделась, когда я тебя прошлый раз прихватил. Правильно, конечно, обиделась, извини. Но ты сама-то что?
– Что? – не поняла Галя.
– Вот зачем ты это на себя сейчас надела? – он осторожно ткнул пальцем в её сарафан.