Мало ли, указали какие-нибудь тугрики, а исправить забыли, или, вообще, цена указана без скидки, а скидку процентов шестьдесят ей сделают уже на кассе.
– А вы переведите в евро, – посоветовала продавщица, – получится не так уж и дорого. Это ж брендовая вещь.
Галя моментально перевела цену в евро, ведь финансовый директор просто обязан хорошо считать, тем более, деньги, согласилась с продавщицей, повесила курточку на место и в полном расстройстве пошла к выходу. Продавщицы, сгрудившиеся у кассы, провожали её тоскливыми взорами.
Нельзя сказать, чтобы Ленка бедствовала, имея мужа гаишника, но одевал её он сам и покупал ей только то, что считал нужным. И это касалось не только шмоток, он регулярно сопровождал Ленку в продуктовые магазины и тщательно выбирал продукты, из которых она должна была приготовить то, что ему нравится. Вопрос, а нравится ли это самой Ленке или детям, не задавался. Если он считал, что младший должен есть манную кашу, значит, других вариантов не предусматривалось.
Вернувшись к кабинету нотариуса, прямо у входа Галя столкнулась с сестрой и Серым. У обоих лица раскраснелись и лоснились, видимо, угостились они от души.
– Опять холестерином закинулись? – поинтересовалась Галя."
"– Нам без разницы, этсамое, – сказал Серый и похлопал себя по намечающемуся животу. – Нам главное, чтобы, этсамое, вкусно. И точка!
Он радостно заржал, нарушая благостную тишину полупустого этажа.