Присев рядом с ним, Ахиллес взял из его портсигара (того самого, в день проигрыша на бильярде выкупленного из заклада) турецкую папиросу, изрядно отличавшуюся видом от русских.
– Ни капелюшечки не верю, что все придумал сам Пашка, – негромко сказал Митрофан Лукич. – Обворовывал Фролушку ловко, что правда, то правда, но это ж как небо от земли… Воровать любой сможет… ну, по крайней мере, тот, у кого хитрости достанет… хотя и разные дурошлепы тоже оравой лезут воровать, не думая, получится у них, или будут в шею гнать, не успев развернуться… А тут – друго-ое.
Тут будет реклама 1
Тут другой ум работал, не Пашкин, и превосходно мы знаем чей. С образованием, потомственная дворянка – хоть и всего только во втором поколении, отец у нее из поповичей, наградами личное, а там и потомственное выслужил, мать тоже не из благородных, из крапивного семени[42] род ведет. Ну, предположим, ни образование, ни дворянство, даже потомственное, сами по себе ума не прибавляют, тут уж как Бог рассудит.
Тут будет реклама 2
И неведомо мне, почему он порой так рассуживает, что данный им ум людишки пускают на дурное дело – ну да сказано же, что неисповедимы пути Господни. Может, это он так людишек испытывает… Там, кто знает, она свое и получит, а здесь, сами понимаете, не достать ее.
– Куда уж понятнее, – горько усмехнулся Ахиллес, вдруг почувствовав себя не молодым, а едва ли не ровесником Пожарова. – Улик – никаких. Да и найдись, опасаюсь… Мне тут сказали, что она у губернатора и прочей знати обедала не раз, что его сиятельство от нее в восхищении…
– Я вам и больше скажу, – ухмыльнулся Митрофан Лукич.
Тут будет реклама 3
– Если б там одно восхищение…
Он склонился к уху Ахиллеса и, немилосердно фальшивя (певческими талантами не обладал), пропел давний уже, но все еще популярный куплетец:
Его превосходительстволюбил домашних птици брал под покровительствохорошеньких девиц…– Вот даже как? – прищурился Ахиллес."
"– Да уж будьте уверены.
Тут будет реклама 4
– Митрофан Лукич понизил голос до шепота, хотя никто подслушать их не мог. – Годика два тянется. Его сиятельство – в расцвете лет, мужчина видный, и красоток вниманием не обходит, и они навстречу идут сплошь и рядом вовсе не в соображениях выгоды. Кому надо, те знают, да язык будут держать за зубами – как-никак его сиятельство, господин губернатор, царь и бог. Точно известно, что вскорости новую звезду получит, Владимирскую на сей раз.
