Гул прошел по залу, а мужчина в эполетах (должно быть, Глава королевской стражи) подошел к мой матери и прорычал:
— Да как вы смеете, мадам, чего-то требовать от его величества? Если вы знаете что-то о принцессе, то вы обязаны это рассказать! И вы сделаете это, хотите вы этого или не хотите!
Я не знала, на что он намекал — что он воспользуется ментальной магией или что Констанцию станут пытать — но мне стало страшно.
— Нет-нет, погодите, Родерик, — остановил его король. Голос его дрожал и срывался.
Констанция приподнялась, и с ней на мгновение соприкоснулись взглядами. И я вздрогнула, только в этот самый миг поняв — она не моя мать! Она смотрела на меня как на чужого человека. Никакая даже самая бесчувственная мать не смогла бы так смотреть на своего ребенка.
И когда она заговорила, я уже знала, что именно она сейчас скажет.
Глава 82— Семь лет назад, ваше величество, — начала свой рассказ Констанция, — я вместе с графом Уэйном участвовала в похищении вашей дочери.
Негодующий рокот прошел по толпе, но король Дамиан поднял руку, и шум стих. Его величество хотел, наконец, узнать правду и боялся отвлечься хоть на секунду."
"— Граф был тогда послом Терезии в вашей стране. А мне нужны были деньги. Хотя, справедливости ради, скажу, что, когда я узнала о его плане, я пришла в ужас.
— А условием возвращения был бы Деланж, не так ли? — всё-таки не удержался от вопроса Дамиан.
— Да, именно так, — подтвердила Констанция. — Но эти высокие государственные интересы меня ничуть не интересовали.