Здесь сказано, что на Чернобыльской АЭС весной восемьдесят шестого года может произойти авария, которая будет вызвана заранее спланированной диверсией из-за технических дефектов реактора РБМК… Похоже на какую-то шутку.
— Шутку? — нахмурился Павел Сергеевич. — Ничего себе шутки, письмо написано человеком, явно знакомым с устройством ядерного реактора… Послушай, Алексей. Возможно, я совершаю ошибку, рассказывая тебе обо всем этом… Однако, я очень надеюсь на твою помощь. Я помню, как ты себя вел в РОВД, сдержанности и наблюдательности тебе не занимать.
Я не ответил. Иванец расценил это по-своему.
— Признаюсь, сначала некоторые подозрения пали на тебя, — он произнес это таким голосом, что сложно было понять, как реагировать на эти слова. Даже паузу выдержал.
Иванец даже рассмеялся. А я напрягся — не понравилось мне, как он это сказал.
— Расслабься, — он махнул рукой. — Я пошутил. Но может, ты хочешь мне что-то рассказать про Андрея? Может, он что-то упоминал?
— Нет. Ничего такого.
— Не торопись, подумай хорошо.
— Да чего тут думать? — хмыкнул я, стараясь вести себя соответствующее. — Наоборот, я сам считаю, что его решение о создании «Барьера» это очень хороший ход, чтобы не допустить никаких аварий. Важный шаг, чтобы повысить безопасность. Да что там… Я сам намекал ему, что нужно что-то предпринять.
— А вот тут я не понял… — насторожился Иванец. — Поясни-ка…"
"Мгновенно проанализировав услышанное, я решил рассказать ему то же самое, что ранее говорил Андрею. Ничего криминального здесь не было, простые наблюдения и догадки.
— Ну, еще когда я проходил службу на аэродроме «Овруч», понял, что диверсанты и шпионы могут быть везде. Двоих сам выявил. Уж не знаю, какая у них была задача… Ну, в общем, мне стало понятно, что цель «Дуга-1». Ее хотели вывести из строя, чтобы у Союза не было противоракетного щита. А когда не вышло уничтожить сами антенны, противник решил переключиться на саму АЭС, чтобы лишить объект электроэнергии.