С какого-то перепугу я даже заметила, как призывно изгибаются чувственные губы, когда он улыбается.
На секунду я даже подумала, что переборщила с местью. Но только на секунду, так как следующие слова Каллистрата стали роковыми – для него."
"– Полагаю, в вашем возрасте рано иметь проблемы со слухом, – заявил князь. – Так что настоятельно советую вам обратиться к врачу. И слух вам подлечат, и мозги вправят. Глядишь, превратитесь в настоящую девушку, которая не желает жить уединенно в лесу и подстраивает в доме ловушки, когда к ней в гости приходит настоящий князь.
Такой отповеди я не получала давно. И так рассердилась, что готова была немедля достать из шляпы с сотню-другую разноцветных пожирателей всего подряд.
– У меня нет проблем со слухом и мозгами, – возразила гневно. – Зато есть головная боль в виде одного надменного типа, возомнившего себя пупом земли. К слову, это была не ловушка, а магия. И я бы на вашем месте не доводила меня до того, чтоб мне пришлось ее использовать вновь.
– Точно, сбрендила! – обратился неизвестно к кому Каллистрат. – А при первой встрече показалась мне такой милой девушкой. Я даже собирался познакомиться поближе. Как славно, что вовремя увидел, какой у вас мерзкий характер. Всерьез возомнила себя ведьмой?
Последнее уже точно адресовалось мне. Каллистрат даже пригнулся, вглядываясь в мои глаза. Зачем-то попытался положить руку на талию – и это после таких слов?
– Всерьез и надолго! – рявкнула я.
Сказала и, гордо вскинув подбородок, пошагала восвояси.
– Вы не переубедите меня! – донеслось вслед. – Лучше съезжайте, пока я не перешёл к серьезным мерам. Думаю, сегодня же позвоню знакомому психиатру – пусть вас обследует. У вас явные проблемы с головой, сударыня.
Нет, не угадал, это у него проблемы. Меня и к психиатру?! Ну, уж дудки!
Потянулась к шляпе, одновременно призывая частичку маны. Вспомнила ежкиного кота и разом переместила его в штаны к хаму-князю.
– А-а-а! – разорался на весь лес Каллистрат. – Что это? Что за дрянь?!
То-то же! Не оборачиваясь, я продолжила путь. Зевнула в ладошку, но тут вдруг вспомнила о корове. Поняла, что сон придется отложить еще ненадолго, и приуныла.
И только доносящиеся матюки и оханье Каллистрата вернули бодрый настрой. Надо же, князь, а ругается похлеще портового грузчика.