Я вздрагиваю, принимаясь разбрасывать в сторону клочки мыльной пены. Протираю глаза.
– Что тебе здесь нужно?
– Пришёл лечь баиньки со своей женой и, не застав её в постели, решил присоединиться к водным процедурам.
– Но это моя комната! Ты же сам выделил мне её!
Энергетика в ванной комнате накаляется. Нависает над нами облаком обжигающего пара. Звенит напряжением.
Антонов встаёт рядом, оттеснив меня к стене. Наклоняется к лицу, переходя на шёпот.
– Сейчас мы снова – любящие друг друга люди, Вероника. Так что не дай усомниться в этом Ямамото, отказываясь делить комнату с законным супругом.
– Ты что снова будешь спать со мной?
– Угу, – в его глазах появляются задорные огоньки, – а ещё мы можем заняться кое-чем поинтереснее простого сна.
Я пытаюсь вырваться, но тщетно. Мускулистое тело Антонова нависает надо мной. Прижимает лопатками к кафельной стене.
На нём – лишь синие боксеры, но даже через тонкую намокшую ткань мне явственно видны очертания его мужского органа. Я же – совсем нагая перед ним.
– Не нужно… – Шепчу, выдерживая его взгляд. – Не стоит всё запутывать ещё больше, Антонов.
Всё тело бросает в мелкую дрожь то ли от его присутствия, то ли от холодка недоверия, витающего между нами. Я обнимаю себя за плечи, встревожено наблюдая за реакцией не бывшего мужа. Пытаюсь скрыть набухшие от желания соски.
– Почему ты так холодна со мной, мышка?
От него веет напряжением и дикой энергетикой.
Я пытаюсь взять себя в руки, но от этой близости мысли путаются. Двигаются в хаотичном направлении, подбивая меня сдаться его шаловливым рукам.
– Я ведь всё делаю, чтобы ты поняла, как я изменился. Стал другим. Повзрослел, образумился.
В голосе сквозит сталь. Я испуганно поворачиваюсь к нему спиной, принимаясь смывать пену с горящего от возбуждения тела.
Никита впечатывается в меня сзади.
Его жар ощущается под тонкой тканью боксеров. Растущее возбуждение каменной плоти врезается в позвоночник. Никита намного выше меня, и сейчас я кажусь действительно маленькой мышкой перед всесильным котом.
– Люди не меняются, Антонов. Я ещё не могу тебе доверять.
Судьба моего салона цветов до сих пор будоражит сознание.