Сказать, что поведение Антонова и его неожиданное появление выглядело, по меньшей мере, странно. Но он резко обрубает меня. Отходит в сторону, качая головой. Цокает языком.
– Всё, Вероника, больше не будет никаких нас. Я просто устал от твоей постоянной лжи. Сейчас я постараюсь выудить из той камеры всё возможное, чтобы обелить своё имя перед компаньонами. Но ты, пожалуйста, больше никогда не появляйся у меня на пути.
– А как же… Ямамото?
– Завтра все разъедутся. Контракт подписан, мы всё обсудили. – Прячет руки в карманах, говоря с раздражением.
Следующее утро я провожу в постели, категорически не желая вылезать из-под тёплого одеяла. Я боюсь столкнуться с Антоновым или Акайо в гостиной. Напороться на их ледяные взгляды, в которых они оба – просто мастера высшей категории.
Изо всех сил тяну время, оставаясь под защитой полумрака спальни.
От волнения меня даже подташнивает. Невидимый стальной кулак с силой сдавливает горло, перекрывая доступ к кислороду. Я перебарываю себя. Навешиваю на лицо спокойную улыбку, спускаясь по лестнице. Жду встречи с Антоновым.
Но, вместо него в столовой сидят лишь наши японские гостьи. Они о чём-то мило болтают на родном языке, отчаянно жестикулируя.
– Присаживайтесь, Вероника-сан. Завтракайте.
– А кто подал завтрак?
Недоверчиво осматриваю богатый стол, сервированный по всем принципам этикета. Замираю, узрев блюдо с пышными румяными оладушками. Понимаю, что я сама не смогла бы накрыть стол к завтраку лучше.
– Ваш супруг всё заказал из ресторана. Сказал, чтобы мы вас не беспокоили. У вас что-то случилось, да?
– Да, вышло недоразумение.
Раскрывать перед ней душу не хочется. Эми скользит по мне нежным взглядом. Накрывает мою ладонь своими тёплыми чуть шершавыми пальцами. Успокаивающе качает головой.
– Как бы муж с женой днем ни ссорились, ночь их помирит. Не переживайте, Вероника-сан, всё образумится.
Мне хочется закричать, что у нас с Никитой больше нет ни совместных ночей, ни дней, но не могу вымолвить ни слова. Просто сижу за столом, кивая как китайский болванчик.