– Дерьмо, – негромко проговорил Долгих, когда сзади нашу машину обдали светом фары.
– Ага, – согласилась я. А затем закричала: – Долгих, мне страшно! Ты знаешь эту местность? Может, остановиться у какой-нибудь дачи и попросить помощи?
Я встревоженно всмотрелась вперед: практически во всех домах свет был погашен.
– Может, в полицию позвонить?
– Сказать, что нам якобы кажется, что за нами следят? – со скепсисом осведомился Паша.
– А если нас сейчас грохнут?
– За что?
– Мало ли… – в панике пробормотала я. – Попробуем оторваться?
Руки дрожали, и сердце трепетало от волнения.
– Еще темно, хоть глаз выколи, – ворчал Пашка. – Я даже не могу понять, где мы…
– Попетляем, – пробормотала я. – Вон впереди лесок.
Господи, во что я нас втянула? Только бы машина не заглохла…
Мы свернули, потом еще раз… Лобовое стекло царапали пушистые еловые ветки.
– Видишь их? – обеспокоенно спросила я.
– Не-а, – отозвался Долгих, нахмурившись, поглядывая в зеркало. – Если они только погасили фары. Но без них тут невозможно проехать.
Снова вписались в поворот, освещая путь фарами… Поплутав еще некоторое время, поняли, что никакой слежки за нами нет. Пашка заглушил мотор и устало лег на руль.
– Ковалева, это какой-то…
– Не матерись! – перебив, проворчала я. Несомненно, чувствовала свою вину. – При даме… некрасиво.
– Слушай, дама, я понятия не имею, где мы!
– На телефоне есть навигатор, – сумничала я, доставая из сумочки смартфон, – только тут сеть не ловит.
Долгих закашлялся.
– Нам бы скорее вернуться домой, – проговорила я, вспомнив наставление матушки.
– Послюнявь палец, Аполлинарий Сергеевич, и выставь его в открытый люк, – посоветовал Пашка, заводя мотор.
– Ха! – с самым непроницаемым лицом проговорила я. – Вот так шуточка!
Пашка развернулся, и мы снова поехали по незнакомому темному лесу. Внезапно Долгих негромко рассмеялся.
– Ты чего? – удивилась я.
– Знаешь, поговорка такая есть: «У страха глаза велики»?
– Знаю, – буркнула я.
– У тебя, Ковалева, богатая фантазия. Кто-то просто ехал в свой дачный поселок…
– Думаешь, сюда свернула совсем другая машина? – облегченно выдохнув, спросила я. – Честно говоря, не разглядела, что за тачка была.
– Я тоже, – кивнул Пашка. Мы переглянулись и снова рассмеялись. Пашка меня передразнил: – «Нас грохнут! Нас грохнут!»
– Ну все, это не повод для шуток! – нервно хохотнув, сказала я. – Сам-то перетрухнул.
– Я? – возмущенно спросил Долгих.