– Может, потому что я на нем лежала? – сердито предположила я.
– Ты чего злишься?
– Ничего!
– С Буравиным поссорилась? – предположил Долгих. Он же до сих пор думает, что мы вместе.
– Не напоминай о нем! – поморщилась я. Сил ломать комедию больше не было.
Друг пожал плечами и уставился на бушующее море. Вдалеке волны солеными брызгами разбивались о мыс.
– Паша! – выкрикнула Ульяна. Мы с Долгих одновременно обернулись. Шацкая уже переоделась и теперь стояла в нарядном зеленом сарафанчике. Ветер колоколом надувал юбку.
Уля помахала рукой. Пашка, улыбнувшись, отсалютовал ей в ответ. Я, разочаровавшись в этой жизни окончательно, снова развалилась на песке. Долгих проводил Шацкую взглядом, а затем прилег рядом.
– И чего она приперлась? – не выдержала я.
– Хотела научиться стоять на доске.
– У нее не получилось, – злорадно сообщила я.
– Это только первое занятие.
– А других инструкторов на примете не было? Тот же Костик…
Паша повернул ко мне голову. Я чувствовала, как он рассматривает мой профиль.
– Ты ревнуешь?
Этот вопрос прозвучал так внезапно и так… логично. Он всю жизнь витал над нами в воздухе и вот наконец прозвучал из Пашкиных уст.
Я тоже повернула голову к Долгих. Он улыбался.
– Чему ты так радуешься? – спросила я, так и не ответив на вопрос друга.
– Прости, – проговорил Долгих, по-прежнему улыбаясь, – я не могу перестать…
– Тогда лучше отвернись, – посоветовала я, – твоя счастливая физиономия меня раздражает.
Пашка хрипло рассмеялся и исполнил мою просьбу.
– Обожаю тебя, честно! – сказал он. И тут же добавил: – Всегда поднимешь настроение.
– Я тебе не клоун, – растерянно отозвалась я. Не выдержала и сообщила: – А вообще ты в курсе, что у Ульяны твоей есть ухажер и он к ней недавно приехал.
– Ничего себе! – отозвался Пашка, поворачиваясь лицом ко мне. Приподнялся на одном локте: – Расскажи-ка поподробнее. Тот самый чемпион галактики по всем видам единоборств?
Долгих по-прежнему с глупой улыбкой смотрел на меня.
– Ты мне не веришь, да? – сердилась я.
– Верю, – кивнул Пашка.
– И тебе все равно? – прищурилась я.
– Я очень расстроен! – приложил руку к груди Паша. – Пойду в море утоплюсь.
– Да ну тебя!
Ощущение, что ему действительно безразлично. Все-таки думает, что я наговариваю? Я повернулась к Паше. Теперь мы смотрели друг на друга."
"– Там история вообще мутная, – начала я. – Помнишь гаражи? Ты меня оттуда как-то забирал.