Не играй с нами, девочка

Анна раскрыла одну из них и нашла пластмассовые бочонки, в которых гремели пилюли. В другой коробке лежали одноразовые шприцы и капсулы с прозрачной жидкостью. Подняв взгляд, она наткнулась на магнитную доску, на которой Север расписал график приема лекарств.

Заглянув в холодильник, она оценила холостяцкое гастрономическое богатство: хлеб, апельсиновый сок и горчица. Тогда Анна вспомнила о пакетах, принесенных бойцом, и тихонько вернулась в коридор. Голоса Севера и Стаса звучали неразборчиво и приглушенно, конспираторы явно перестраховывались, так что она с чистой совестью подхватила пакеты и направилась обратно.

Отодвинув коробки на край, положила пакеты на стол и начала выкладывать содержимое. Как и ожидалось, в первом оказались продукты. Несколько коробок чего-то просящегося на сковородку и банки с тушенкой и зеленым горошком. И кофе. Ничего лишнего и времязатратного.

Во втором отыскался теплый свитер и эластичные бинты. Анна вспомнила, как перебинтовывала такими брата, когда он потянул связки.

Впрочем, у Виктора постоянно что-то болело, он даже не всегда жаловался, и Анна неоднократно ловила его поздними вечерам в поисках обезболивающего в ее аптечке. Все было пустяком и уже заживало, только таблеток лучше парочку.

Анна вдруг нащупала бумажный сверток и вытянула его. Фирменный пакет с лого известного брэнда и алыми шелковыми лентами вместо ручек. Она нервно дернулась, услышав чье-то приближение, и надорвала краешек пакета.

— Стас уехал, — сказал Север, оказавшийся рядом.

— Быстро вы.

— Он не согласен.

Север посмотрел на стол и на ее руки.

— Я решила разобрать вещи.

— Ты уже открывала?

— Нет, — Анна качнула головой.

— Посмотри. Это для тебя.

Он подхватил банку кофе и направился к плите. И занялся чайником, повернувшись к ней спиной. Анна же раскрыла пакет и обнаружила в нем две вещи: красный тонкий галстук и черное боди с кружевными вставками.

— Довольно фривольно, — выдохнула она, не зная, как реагировать.

Она вытянула руки и придирчиво осмотрела нижнее белье.

Полупрозрачная невесомая ткань с двойными бретельками, которые широкими атласными лентами уходили к животу, очерчивая неприлично глубокий вырез.

— Это не подарок, — продолжил Север, — но мне нужна твоя услуга.

Ох.

— Я должна это надеть? — тоном она постаралась показать, что не стоит и мечтать. — И с какой стати?

— Я принимаю условия Марка, но мне нужно четыре дня. На это время ты останешься здесь.

— Это все прекрасно, Север.