Не обещаю, что будет красиво...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Я хочу побыть одна, - проговорила как можно четче."

"Парень замолчал и уставился на меня, не мигая, он пытался еще что-то сказать, но я была непреклонна. Уходя, оглядев меня на пороге квартиры, он проговорил.

- Нина, выслушай меня, не надо пороть горячку. Я просто побуду сегодня в квартире. Я, если хочешь, и слова не пророню. Только не оставайся одна, - как для ребенка, тоном взрослого дяди высказал свою точку зрения водитель.

- Я хочу побыть одна, - как заезженную пластинку твердила я.

- Он просил дождаться его, слышишь, не руби с плеча, он очень хочет быть с тобой, - отчаявшись воззвать к моему разуму, прокричал, тряся меня за плечи парень.

- Я хочу побыть одна, - повторила еле слышно, смотря на Семёна немигающим взглядом.

- Нина, - потирая лицо, начал опять водитель.

- Я хочу побыть одна, - еле выдохнула и сползла по стене.

Семён развернулся и закрыл за собой дверь.

А для меня мир взорвался и остановился. Перед глазами стояло лицо красивой девушки, которая с таким восторгом рассказывала, как рада семья Игоря и ее родители будущему пополнению. Она говорила, что свёкор давно просил наследника, и вот, волнительный момент настал. Сокрушалась, что по делам фирмы муж занят и постоянно в разъездах. С каждым промелькнувшим словом, с каждым всплывшим в памяти жестом, в груди что-то взрывалось, и по венам неслась кипучая лава. ""В Питере у меня есть все"", - вспоминая слова любимого, рыдала на полу в коридоре я. Настолько все, что непонятно зачем тут я. И наш ребенок явно в планы мужчины не входил. А заставить сделать аборт, имея такие связи и деньги, думала я, ему ничего не стоит. Зачем ребенок на стороне, если законная жена, красавица и умница из приличной семьи уже носит ему наследника. Он не обещал, что будет красиво, но вот зачем так больно? Мир рухнул, но умереть вместе с ним было нельзя. Теперь я просто обязана жить, и дать жизнь тому, кто своим существованием подтверждает, что любовь была.

Я не знаю зачем, но опять включила телевизор, видимо изощренная форма мазохизма, проснулась в моем подсознании.  И теперь уже по главным каналам в новостях, опять упоминали богатое семейство. На этот раз, речь шла о автокатастрофе, в которой погиб глава огромной корпорации и по совместительству отец Игоря.