И тут же царапнуло — как они там? Ищут ли нас? Как дети отнесутся к исчезновению мамы? И я запретила себе думать о семье, очень больно пока.
Наш поход за провиантом продолжался, но пока попадались магазинчики, даже скорее, лавочки с одеждой, какие — то лавки с сапогами в окнах (видимо, до больших витрин здесь ещё не додумались, хотя стекло известно, окна все застеклены) и даже парфюмерная лавка с маленькими флакончиками на подоконнике. Ювелирная. Наконец, устав от хождения, решили спросить прохожих. И первая же встреченная женщина с корзиной охотно подсказала дорогу.
До небольшого рынка мы не дошли, оказывается, метров триста, за очередной лавкой свернуть и все. Архитектура тут, кстати, была весьма разнообразной — были и похожие на наш особняк, только поменьше, были похожие и на готические дома старой Европы, а попадались дома по виду, явные купеческие лабазы — лавка на первом этаже, второй этаж жилой, причем окна на втором этаже маленькие, с крепкими ставнями и отдельным входом со двора. В общем, мой дом — моя крепость.
Видно, строили, кто во что горазд, единообразием себя не утруждали. Цветников перед домами не было видно, но участки за домами виднелись. То ли город, то ли большая деревня. Но с нашими земными мерками, наверное, все же подходить не стоит.
Рынок мы нашли. Действительно, недалеко. Крытые прилавки и так же замощенное пространство между ними. Вот продукты вогнали нас в некий ступор. Они были нам незнакомы! Нет, мясо с определенной долей уверенности мы опознали, а вот все остальное с трудом.
Посовещавшись, мы решили взять кусок мяса, похожего на говядину и ножку той курочки с зелёными пёрышками. Навскидку в той ножке было килограмма три — четыре, но меньше не продавали. Пройдя далее, увидели какую — то рыбу, но брать в этот раз не стали, мы её не знаем.
Далее шла бакалея. Крупы тоже были неизвестны, но мы на пробу взяли по килограммовому мешочку крупы трех видов — одну напоминающую гречку, затем что — то свирепо жёлтое, но мелкое, и крупное зерно красного цвета, то ли перловка, то ли фасоль.
Далее были молочные ряды. Тут мы выдохнули — молоко было белым, масло жёлтым, творог и сметана соответствовали. Сыры были только мягкие, твердых сыров не было видно. А далее нас опять поджидал гастрономический шок. Мы увидели яйца! Голубые.