Какие последствия после этого последуют, ты и сама понимаешь – психологом тебе больше никогда не устроиться.
А вот от этих слов мне стало дурно и розовые очки, что недавно были на мне, разлетелись вдребезги. Ошибочка: он не зол, а ревнует к прошлому. А вот это уже плохо, нет ничего хуже, чем сгорающий от ревности мужчина.
– Ты поняла, что больше никаких мужчин из прошлого? Не доводи до греха, Соня. Теперь у тебя есть и будет только один мужчина – я!
– Ты этого не сделаешь! – вспыхиваю я, как спичка, от возмущения.
– Уверена?
Вновь хватает меня рукой за подбородок и заставляет посмотреть в его пылающие ревностью и гневом глаза.
– Не обольщайся, милая, что на меня подействуют твои вопли возмущения. Поздно. Я давал тебе шанс решить всё мирным путём. Просил, унижался. Ты не только не захотела по-хорошему, но и врала мне и себе. Но ещё посмела меня подарить потаскухе размалёванной. Так что не обессудь: каков посыл – таков ответ.
– Ко-кому я тебя подарила? – немного опешила от его обвинения.
– Вульгарной особе, которая пришла тебя шантажировать.
– Ну, знаешь… – Попыталась убрать его руку от своего лица – не позволил. – Я в сердцах крикнула, причём когда та уже ушла из кабинета.
– А мне плевать, в каком состоянии ты это сделала. Ты маленькая дрянь перешла все границы, и за это готовься к репрессиям.
– Будешь продолжать угрожать – я уволюсь.
– Хочешь пополнить ряды бомжей? Поверь, я сделаю так, что ты никогда не устроишься на работу.
– Ты посмотри, какой ранимый! – разозлилась я на его напускное хамство, так как прекрасно понимала, зачем он это делает.
Тоже мне переговорщик… Хотя, возможно, это и верный ход, он меня якобы запугивает, я якобы пугаюсь и даю согласие на всё. Ну или почти на всё. Но вот ревность и злость у него не напускные, и это меня сильно пугает.
– Хорошо, озвучивай свои условия, – решила сделать стратегическое отступление, еще не готова к масштабным военным действиям.
– Уверена?
Он посмотрел на меня испытующе, наверное, думая, что дам заднюю.
Но вот только я сейчас настолько зла из-за его выходки, что готова ему показать небо в алмазах. Пусть я и сама виновата, но всё равно неприятно.
– А у меня есть выбор?
– Нет, – усмехнулся он и ослабил свой захват, чем я тут же и воспользовалась, юркнув с его колен, отскочила на приличное расстояние от стола.