Не верь мне

Человек сам вершит свою судьбу, принимает те решения, которые считает правильными. Как я могла винить подругу, если и сама, вполне возможно, приняла неправильное решение, согласившись работать у Громова?

— Я так понимаю, для тебя он больше, чем просто клиент?

— С чего ты это взяла?

— Иначе тебя бы радовали эти сережки, — кивнула на футляр.

Инна шумно выдохнула, накрыла лицо ладонями и сдавленно заговорила:

— Поначалу я воспринимала его, лишь как возможность хорошо устроиться, — убрала руки, страдальчески посмотрела на меня: — А потом…

— Потом что-то пошло не так.

— Коснулась её плеча. Как я её понимала.

— Потом все пошло не так! Одна встреча, потом другая, третья… а потом он предложил снять для меня квартиру.

— И ты отказалась.

— Отказалась. В этот момент до меня и дошло, что я вляпалась. Смотрела на Вадима и понимала — соглашусь, и назад дороги не будет. Я навсегда на себе клеймо поставлю: «содержанка». А я не хочу быть содержанкой, Лина. Не хочу быть его содержанкой! И понимаю, что рано или поздно наши отношения сойдут на нет.

Потому что большего он мне предложить не сможет. У него карьера, он собирается идти в политику, хочет добиться влияния. Может быть, даже стать министром. И тут я — черное пятно на его репутации. Естественно, рано или поздно он избавится от меня.

Я слушала монолог Инны, больше походящий на исповедь, и жалела её. Да, жалела, но ей не нужна была моя жалость. И советы мои ей были не нужны. Ей было нужно лишь, чтобы кто-то выслушал её. Молча. Не осуждая.

Всегда яркая, легкая, жизнерадостная, она снова предстала передо мной с совсем другой стороны. С той стороны, которая была всегда так искусно скрыта от чужих глаз. В памяти сами собой всплыли строки старой и вечной песни: «Не замечают, как плачет ночами… Та, что идёт по жизни смеясь». Я ведь тоже ничего не замечала. Не замечала до недавнего времени. Лучшая подруга, называется. Дрянь, а не подруга!"

"— Я просто хочу быть с ним рядом, — глухо договорила Инна. — Я его люблю. Люблю, понимаешь? — неожиданно глаза её наполнились слезами.

Второй раз за такой короткий срок я видела ее слезы.

Она всхлипнула, я же, потянувшись к ней, обняла, погладила по темным волосам и успокаивающе проговорила:

— Всё наладится.

— Да ничего уже не наладится, — обняла меня Инна в ответ. — Если бы я просто была молоденькой студенткой — одна проблема, но решаемая. А тут… студентка, работающая в эскорте…

— Но если бы не твоя работа, ты бы с ним никогда и не встретилась.