А эта коза, даром что ворона, оттолкнулась от меня и взлетела.
— Ваша светлость, Вы ее спасли! — восторженно заголосили дети, наблюдая за тем, как ворона спикировала на ветку дерева.
Я их восторга не разделяла, у меня рука болела и от когтей птицы, и от клюва, из ранок текла кровь. Вот ведь ворона! И показалось мне или нет, что у нее на шее что-то было?
Пока я сидела, задумчиво соображая, что там за финтифлюшка на шее была, и была ли она вообще, кровь капать перестала.
Нет, ранка прямо сразу не затянулась, но уже не доставляла такой дискомфорт.
— Смотрите, она летит! — радостно возвестила малышня.
Ворона действительно летела. Прочь.
Ну и ладно, глупо ждать благодарностей от птицы.
— Как Вы, Ваша светлость? — тихо спросила Интена, помогая мне подняться.
Сама няня чувствовала себя превосходно, и от травмы у нее осталась только память. Спасибо Тирхану!
— Прекрасно, и даже готова поплавать, — я улыбнулась.
Ни капли не солгала. Спасибо учителю, потому что сама бы я вряд ли сообразила, что нить можно рвать в процессе передачи энергии, и это никоим образом на мне не аукнется.
Дети наконец успокоились, а я переоделась вслед за Марикой и теперь вместе с ней дожидалась остальных у кромки озера. В моих планах было не только поплавать, но и порезвиться с ребятней. Почему нет? У всех должны быть радости и хорошие воспоминания.
— Все умеют плавать? — строго спросила, когда подпрыгивающая детвора столпилась около меня.
К слову, здесь были не только воспитанники, но и дети моих людей. В том числе болезненный и очень худющий мальчишка Кариши.
— Да!
— Нет!
Хором ответили.
— Те, кто умеют плавать — присматривают за теми, кто не умеет. На глубину не уходим! В воду как на горшок — не ходим!
— Да, Ваша светлость!
Я первой вошла в озеро.
Вообще, солдаты — молодцы, основательно проредили камыши у берега. Получился и своеобразный лягушатник, и место для набора воды.
Водичка была тепленькой, не тридцать градусов, но двадцать — точно. Что вполне нормально для купания. Жаль только, что купальников тут не было. Точнее, для этих целей использовались платья… Более тонкие, чем для ежедневной носки, но тоже длинные.
— А можно к Вам? — вдруг спросил Рудик, когда я зашла уже по пояс.
— Можно, — улыбнулась я, оборачиваясь, чтобы буквально через несколько секунд поймать на руки визжащего от восторга мальчишку.