Это эдорнет может до эдора подняться, а вот герцог до эдора не опустится. Никак. Даже если его титула лишить. Потому что чаще и жизни лишают, и возможности заниматься любой деятельностью (разве что камни на стенах монастырей считать)."
"Следовательно, эдор Фрадех являлся довольно крупной рыбкой.
— Кожевники, швеи, ткачи, — тем временем перечисляла Этель то, чем конкретно занимался мужчина. — Занимается поставкой ткани, в том числе и в столицу. Назначает справедливую цену, с ним можно иметь дело.
Дальше шли названия тканей на местном языке, которые я перевела для себя как лен и хлопок.
Я сделала себе мысленную пометку, что у этого человека можно купить не только ткань, но и пряжу, а там уже по своему усмотрению ею распорядиться.
— Эдорнет Роквах, купеческое сословие первого класса, — переключилась хозяйка дома на следующего мужчину, стоящего рядом с эдором Фрадехом. — Скупщик ценных вещей, иногда под залог. Хитер, но на рожон не лезет.
Хозяин местного ломбарда… Стоит к нему сходить, у меня есть то, что можно продать и что вряд ли мне пригодится в герцогстве.
Понятно, что со столичными скупщиками этот вряд ли сравнится, но и продавать особо ценные вещи я тоже не намерена.
— А это эдорат Златран, ювелирное дело. Искусный мастер, отличается любовью к экспериментам.
Я рассматривала гостей и внимательно слушала своего гида. Этель оказалась удивительной в этом качестве, она словно чувствовала, кто мне интересен, и выделяла их из толпы разряженных гостей. И давала оценку не только их труду, но и личным качествам.
К тому моменту, когда нас пригласили к ужину, я уже знала, с кем буду вести беседу и в чьи лавки непременно нанесу визит.
Тирхан, поначалу следующий за мной тенью, на рассказе о третьем госте растворился в толпе (явно занимаясь сбором информации и знакомясь с наиболее заинтересовавшими его людьми) и появился, только когда лэдор Геварский повел меня к столу. Тирхану выпала честь вести его жену.
Глава девятнадцатая
К середине ужина я поняла, что мне нравятся и этот дом, и люди, находящиеся рядом.
Это был во всех смыслах справедливый мужчина. Его не только уважали, но и знали, что всегда могут обратиться к нему за помощью и непременно ее получат.