При особой обработке дает яркий свет в течение нескольких десятков лет в зависимости от естественного освещения. Чем темнее, тем сильнее разгорается нибелим.
44
Стрелка часов перепрыгнула на цифру ""семь"". Теперь светает гораздо раньше, чем в начале амодарской зимы, но свет уличных фонарей заглушает бледнеющую полосу неба на востоке, отчего человек недалекий запросто путается во времени суток - то ли вечер на дворе, то ли ночь. Зато опытный глаз с легкостью определит: если на сапфировый свод Триединый льет по капле молоко, непрерывно помешивая, значит, на улице раннее утро.
"Но не здесь и не сейчас. ""Вот вернемся в Доугэнну, там и отоспимся. И отогреемся"" - мечтал Веч, стоя у окна. Потягивал свежесваренный кофе с гвоздикой и кардамоном и смотрел на дома окрест комендатуры. На черные квадраты мертвых окон и на тонкие струйки дыма, поднимающиеся от труб. Скоро, совсем скоро мечта обретет реальность. На это намекают и жиденькие сосульки, с некоторых пор облюбовавшие южную сторону света, и утоптанный до скользоты снег, который приходится посыпать песком.
Негромко хлопнула дверь, и в кабинете появился Э'Рикс, стабильно невозмутимый и отвратительно бодрый, словно и не он спаивал до глубокой ночи ""дорогих"" гостей в клубе.
Новоприбывшему откозыряли.
- Расшифровка готова? - спросил он, усаживаясь за стол, ставший общим на время пребывания ривалов в городе, равно как и сам кабинет О'Лигха превратился в совещательный центр гарнизонного руководства.
- Уже. Вот. - Крам, позевывая, протянул отпечатанные листки. - Ничего интересного. Как и вчера, и позавчера. Скукота. Поругались бы, что ли, или поспорили... Нет же, ""спокойной ночи"", ""проклятье, затупилась бритва"" или ""где я посеял перчатки?""
- Ну, и как, нашли? - поинтересовался уполномоченный генштаба, пробегая глазами по строчкам.
Он приехал в гарнизон в составе группы сопровождения и стережёт ривалов денно и нощно.
- Что нашли? - не понял Крам.
- Перчатки.
- А-а... Нет, не нашли. Так и не искали вроде. Вчера, то есть, уже сегодня... как прибыли из клуба, так и не просыпались.
- Голосисто храпят, - добавил О'Лигх, изучая свежую разнарядку из генштаба.
Точнее, рулады во сне выводит ""жаба"", прозванный так за глаза доугэнцами из-за необъятных габаритов.