Они тоже делятся на вудутов и шамбалов?
— Не все. Только если женятся или замуж выходят за местных. — Он поднялся. — Ладно, пора нам. Ждут в бутике. Банкет начинается рано, надо вещи ваши забрать от Эльзы. Пусть пока у меня в багажнике полежат.
— Нам счет не принесли, — сказал Дима.
— Какой счет? Вы гости! Не обижайте Рустамку, у него и так проблемы.
Рустамка вышел проводить их.
— Б-б-буду ждать в-в-вас, к Эльзе н-не в возвращайтесь. — Он собирался сказать что-то еще, но не получилось или не захотел, потому что за спиной у него маячил официант с лицом китайского болванчика.
Мюнхен, 1922Дождь затих, но сильно похолодало, ветер рвал из рук огромные черные зонты, которые Федор и доктор Крафт позаимствовали в отеле. Деревья вдоль аллеи скрипели, клонились, с голых веток в лицо летели брызги.
— Я узнал о вас от генерала Данилова, зятя Микки, — сказал доктор. — В Берлине за вами следили люди из «Ледового похода». Слышали о такой организации?
— Да, конечно. Данилов — один из ее руководителей.
— Вот потому они вас и вели.
— Михаил Владимирович написал вам письмо. Но дело в том, что люди, которые меня сюда отправили, они не знают… Не должны знать… — Федор запнулся и почувствовал, что краснеет.
Доктор тронул его плечо и ободряюще улыбнулся.
— Люди, которые вас отправили, интересуют меня значительно меньше, чем Микки. Ну, где же письмо?
— Я не решился везти его через границу, выучил наизусть.
— И можете пересказать дословно?
— Попробую. — Федор остановился, стал поправлять согнувшуюся спицу зонта.
Руки слегка дрожали, он то и дело оглядывался, прислушивался к шуму ветра, скрипу стволов, шороху веток.
— Закройте зонт, дождь кончился. Не волнуйтесь, мы тут с вами одни.
— «Дорогой Эрни…» — Федор глубоко вздохнул, откашлялся и прочитал все письмо, от начала до конца, без запинки.
Доктор шел рядом, низко опустив голову, слушал молча и потом продолжал молчать еще несколько минут. Достал портсигар, протянул Федору. Ветер задувал спички.
— Вон там беседка, внутри должны быть скамейки. Пойдемте, там по крайней мере сухо и не так дует.
Посреди лужайки, на пересечении аллей, возвышалось круглое сооружение неоклассического стиля, с толстыми ободранными колоннами.