Диана, будь любезна, мои волосы.
Никогда они ничего не узнают, и никакого джентльмена не было. Айронхолл набирает кандидатов из водосточных канав и по помойкам, а не среди дворянских отпрысков. Несомненно, у Роланда есть алиби. Ему нет нужды пятнать свои собственные руки, потому что любой Клинок почтет за честь услужить великому Дюрандалю.
Мастер Кромман уже не сообщит лорду-протектору никаких сведений об измене.
Спускаясь по лестнице в окружении дюжины Клинков, Малинда все еще обдумывала преступление. Покуда лорд Роланд находится в правительстве, разоблачать его совершенно бесполезно.
Некогда Клинки походили на отборных гончих, готовых вести охоту; теперь они едва тащились, словно старые шелудивые псы. Только время способно исцелить воспоминания о кошмаре. Пьерс выглядел мрачнее, чем обычно, и казался почти старым.
Она спустилась по лестнице, пересекла холл, и платье ее шуршало по каменным плитам, а люди по сторонам преклоняли колени перед главной плакальщицей. Снаружи уже ждала повозка, запряженная четверкой вороных. Пьерс открыл дверь, но Малинда резко остановилась. Внутри сидел не тот человек.
— Я поняла, что сопровождать меня будет принц Кортни.
— Произошли некоторые перестановки, ваша милость, — быстро ответил Пьерс.
И как же он мог узнать, если находился наверху вместе с ней?
— Намеренные перестановки, да?
— Что-то в этом роде, ваша светлость.
Она злобно забралась внутрь и уселась напротив убийцы. На нем была черная шляпа, и черный плащ укрывал алые одежды. Вид его говорил о страшной усталости и изможденности. Дверь закрылась. Копыта зацокали по мостовой, свистнул хлыст возничего, и повозка покатилась.
— Ваше высочество, — раздался звучный голос.
Интересно, он собирается угрожать или умолять о сочувствии?
— Этот момент подойдет не хуже других, лорд-канцлер. Вы, конечно, слышали о смерти мастера Кроммана?
— Конечно.
— И кто, по-вашему, такое сотворил?
Они уже выехали на темную улицу, и она не могла видеть его лица. Его обаяние еще не значило, что он честный человек.