В этом человеке чувствовалось что-то знакомое — она была уверена, что когда-то видела такое же лицо, слышала такой голос, беседовала с человеком, обладающим такими же манерами.
— Брат Дамиан!..
Куда, черт возьми, провалился Ястреб — теперь, когда она нуждается в его помощи?
Казалось, Дамиан не замечает Скайлар. Он не видел никого и ничего вокруг, поглощенный тем, что предстало перед его мысленным взором.
— Я убью ее! — яростно выпалил он. — Я убью ее собственными руками!
Прежде чем Скайлар сумела отпрянуть, монах взял ее за руки и уставился на нее в упор.
— Скайлар, — произнес он, словно вдруг забыв обо всех правилах вежливости, — пусть мальчик все время будет здесь, не спускай с него глаз, не отпускай ни с кем и никуда — ни с Эндерсонами, ни с Мак-Гиннисами, ни с кем-нибудь другим, понятно?
— Брат Дамиан, едва ли я позволю ребенку в таком возрасте…
— Нет, выслушай меня! Не отпускай Дэнни туда, где за ним будет некому присмотреть, понятно? Не отдавай его ни отцу, ни сестрам, никому из Эндерсонов.
— Я… я клянусь, — пробормотала Скайлар, испуганная страстностью монаха, заставившего ее дать обещание. — Я присмотрю за мальчиком, обещаю вам, — повторила она.
Брат Дамиан пожал ей руки и отпустил их. С ловкостью и проворством, неожиданными для человека в его возрасте, он развернулся и направился к двери.
Надо поскорее разыскать Ястреба — вот все, о чем могла подумать Скайлар.
Глава 19
Очевидно, в склепе Алистеру Мак-Гиннису стало не по себе.
— Не понимаю, что ты здесь ищешь, — обратился он к Ястребу.
— Я и сам не знаю, — ответил Ястреб, помедлил и добавил: — Но вчера ночью здесь что-то произошло, и я уверен: между событиями прошлой ночи и похищением Сабрины есть некая связь. Кроме того, в день исчезновения Сабрины прошел слух, что труп моего брата восстал из гроба — так мне говорили.
— Открыть гроб? — повторил Алистер.
— Может, это положит конец странным событиям, творящимся здесь?
Не ответив, Алистер распахнул железные двери, ведущие в одно из боковых помещений склепа. Он повесил фонарь на крюк и проследовал к гробу с вырезанным на нем именем Дэвида Дагласа. Волнуясь, Алистер попытался приподнять крышку гроба. Гвозди заскрипели, но поддались.