«Действие закона не распространяется:
на время проведения военных действий, в случае чрезвычайных происшествий, гражданских волнений в стране, а также любых событий, угрожающих безопасности и стабильности Родины;
на граждан категорий А1».
— Предвидя твой вопрос, вот, — сказал майор и положил на стол еще документ.
«Положение о статусе граждан категории А1».
Я прочел его. Гражданами категории А1 являются люди со скрытыми или явными способностями, пока не подтвержденными наукой, будь то физические или психические возможности, в разы превосходящие таковые у обычных граждан.
Место на столе занял следующий документ, содержание которого майор воспроизвел по памяти:
— В виду опасности, которую вольно или невольно способны представлять граждане категории А1, данные призывники, вне зависимости от пола и прохождения воинской службы ранее, призываются исключительно в специально адаптированные спецподразделения, где проходят подготовку и инструктаж.
Я не чувствовал касания к своему разуму, но на всякий случай спрятал мысли о Микробе, своих талантах и Семерке, которая меня кое-чему научила, в белый мешок, — не хватало еще друзей подставить!
— Я не считаю себя гражданином категории А1, — спокойно сказал я.
Майор пожал плечами.
— Ты слишком много наворотил дел, чтобы отрицать очевидное. Есть закон, граждане обязаны его исполнять. Уклонение от призыва карается.
«На то особый отдел, на то особый режим, на то особый резон», — крутилось в голове.
— А что за специально адаптированные спецподразделения? — спросил я.
Представилась воинская часть, находящаяся далеко от мира и обнесенная высоким забором, где подобные мне содержатся примерно, как в тюрьме.
— Это секретная информация.
Антон Иосифович принялся заполнять, похоже, другую повестку, говоря:
— Прежде чем получить к ней доступ, ты должен пройти освидетельствование и подписать ряд документов. Все это произойдет по прибытии на место.
Я скрипнул зубами и по возможности спокойно сказал:
— Я отказываюсь становиться гражданином данной категории и считаю, что гораздо больше пользы принесу обществу, будучи на своем месте. А мое место — на воротах.
Напротив меня легла повестка. Мне надлежало прибыть сюда же 10. 05. 2024 в 9.00 с личными вещами и документами.
И что делать? Не подписывать? Не явиться, сославшись на занятость? Так под белы рученьки доставят.