Поклялась, что никогда не примет ни его, ни его жену, ни их детей.
– И всё же она завещала мне поместье, – задумчиво произнесла я.
– Годы смягчили её сердце, – кивнул Беренгар. – Она никогда не признавалась в этом, но я знал, что она сожалеет о своём упрямстве. Завещание было её способом попытаться исправить ошибки прошлого.
Мы ехали некоторое время в молчании, каждый погружённый в свои мысли. Дорога вилась между холмами, постепенно поднимаясь вверх. Вдали уже виднелись синие горы – последний значительный природный рубеж перед столицей.
– Баронесса Марша была не только упрямой, но и очень скрытной женщиной, – продолжил Беренгар, нарушая молчание. – У неё было множество тайн, о которых знали лишь единицы. Даже я, прослужив ей столько лет, уверен, что знаю лишь малую часть.
– Тайны? – заинтересовалась Амели, которая ехала достаточно близко, чтобы слышать наш разговор. – Какие тайны может хранить пожилая баронесса?
Беренгар улыбнулся, но в его улыбке было что-то загадочное:
– О, лейна Амели, если бы вы только знали… Ваша прабабка не всегда была степенной баронессой, проводящей дни за книгами и манускриптами.
– Расскажите! – в глазах Амели загорелся искренний интерес."
"– Когда ей было примерно столько же лет, сколько сейчас вам, – начал Беренгар, – она убежала из дома и на шесть месяцев исчезла из виду. Её отец поднял на ноги всю гвардию, обыскал каждый уголок провинции. А потом она вернулась, загорелая, с короткими волосами, в одежде простого моряка.
– Она путешествовала? – удивлённо спросила Амели. – Но куда? И зачем?
– Это одна из её тайн, – ответил Беренгар. – Я знаю только, что она пересекла Лазурное море и побывала на Южных островах. И что она искала что-то, связанное с древней историей её рода. Что именно – она никогда не рассказывала. Но после этого путешествия она изменилась. Стала более… целеустремлённой.
– Удивительно, – пробормотала Амели, её глаза сияли от возбуждения. – Я и не представляла, что наша семья хранит такие тайны.
– И это лишь одна из многих, – заверил её Беренгар. – Ваша прабабка была выдающейся женщиной. Сильной, умной, с железной волей. Некоторые считали её эксцентричной, другие – безумной. Но все соглашались в одном: она была непохожа ни на кого другого.