Осторожно встаю на ноги, равновесие не теряется, ноги не дрожат, будем считать, что сил дойти хватит. Теперь следующий этап: сдергиваю с соседней койки одеяло, следом простынь и заворачиваюсь в нее как римский патриций в плащ. Был бы в теле взрослого, такой простыни было бы мало, а для подростка сгодится.
— Ну что, пошли, Римский-Шибалин? — Подбодрил я себя и шагнул к двери.
Сразу в коридор не сунулся, зато нос в приоткрытую щель высунул, надо же оглядеться, на этаже обязательно должна быть дежурная. Место дежурной увидел, а вот ее саму нет, видимо убежала куда-то по делам.
А горячая вода здесь есть, вернее она не совсем горячая, чуть теплая, ее в титане греют, но мне все едино хорошо, не мерзнуть же, и мыло есть, даже не хозяйственное.
— Эй! Вычислитель, выползай на свет божий, разговаривать будем.
И чтобы я делал здесь без него? Это же фантастика, куда-там нейросетям будущего, эта зараза много чего знает, а чего не знает, то вычислить может. Ну, хоть в этом мне сказочно повезло.
И так, сегодня третье июня тридцать шестого года. Массовые репрессии начнутся только на следующий год, когда главой НКВД станет Ежов, но и сегодня случаев «борьбы с саботажем» хватает.
Хм…, вычислитель, а как он сумел узнать, где здесь находится столовая и помывочная? У него что, сканер какой-то есть? Спросил.