Знают об этом все, вот только не пойму, что они от меня хотели бы услышать?
– Решать, как наказывать провинившихся, не входит в ваши обязанности! – пришёл на помощь герцогине отец барона, и к моему ужасу мне показался знакомым этом голос!
Не может быть! Это уже даже не смешно.
Граф Цилин, собственной персоной!
Умею я себе врагов заводить из стана верховной знати! Проблема!
Я приподнял голову, чтобы убедиться, что мои уши меня не обманывают. Какое там! Вон, сидит рот открыв от удивления. Видно и ему лицезреть меня мало приятно, да и удивлён не меньше моего.
Строить из себя испуганного придурка больше смысла не было, и я принял свободную стойку спокойно скрестив руки в районе паха.
Изменение во мне заметили все, но больше всего удивление у собравшихся вызвало поведение графа. Он поражённо молчал, от возбуждения покусывая нижнюю губу. Видно, такое поведение графа было чем-то невообразимым, что и поражало всех собравшихся своей необычностью.
– Вы, я смотрю знакомы, ваше сиятельство? – спокойно спросил архимаг.
Уточнение, видно, на всех произвело впечатление.
Вон, как подобралась герцогиня, и вроде и обида немного из глаз за дочь прошла. Ведь подставила её дочурка неслабо. И теперь уже по-новому, без всякой неприязни, принялась она меня рассматривать.
Магистр тоже сидит задумчивый, и даже граф видимо переосмысливает все перипетии нашего знакомства со стороны этого необычного предположения, высказанного директором школы.
Принц крови! Вот только этого мне не хватало! А ведь о чём-то таком и думали руководители школы, когда я в неё поступал.
– Не припомню, чтобы мальчик как-то представлялся в момент нашего знакомства, – наконец-то заговорил граф, – но и ситуация, когда мы с ним столкнулись, была далека от спокойной. Я вам, Ваша Светлость, уже докладывал примерно месяц назад о своей поездке в школу, и о том, что на пути обратно в столицу пришлось вершить суд над бандитствующими баронами.
Все с удивлением рассматривали меня.
Смущаться я не стал, так и продолжал спокойно стоять.