— И какая же у меня роль? — решила прояснить больше для себя. — Твоего инкубатора?
— Моей любовницы, — изогнул он одну бровь. — И ты сама на это согласилась.
— Я помню, — ответила я.
— Тогда какого чёрта я вижу тебя выходящей из кафе с Савельевым?
— Мы встретились случайно.
— Придумай что-нибудь поинтереснее, — сузил глаза Влад.
— Я ничего не придумываю, — нетерпеливо дёрнула я подбородком, но жёсткие пальцы не собиралась его выпускать. — Ты ревнуешь? А, Реутов?
Карие глаза тут же вспыхнули племенем.
— Ревную, — ответил он так же негромко и с нотками льда в голосе. — Потому что ты моя, Ленуся. И трахать тебя буду только я. Ты поняла меня?
Неприятно было слушать. Опять говорил со мной, будто я вещь какая-то.
— Поняла, — отозвалась я, когда пальцы сжали кожу подбородка сильнее, требуя ответа.
— Савельев будет уволен. А если я увижу ещё кого-то возле тебя — отвечать будете оба, и уже не работой.
— Зачем увольнять? Я же отказалась с ним идти.
Чувство, что кто-то лишится работы из-за тронувшегося на мне руководителя, было не самым приятным. Теперь никому со мной и заговорить нельзя, если он не женщина? Влад прямо требует, чтобы я пресекала любые попытки общения со мной лиц мужского пола, иначе и я отвечу за это. В голове всплыла картинка сцены с его водителем, когда Реутов запретил ему со мной говорить, пока везёт в особняк.
— Чтобы запомнила хорошо.
— Я и так тебя прекрасно поняла, — устало ответила я.
Как я устала быть послушной марионеткой в его руках, но мне некуда деваться.
— Уверена, что поняла? — переспросил он с ядом в голосе.
— Уверена.
— Ну хорошо.
Мужские пальцы отпустили мое лицо, и Реутов встал со стола. Снял с себя пиджак, бросив его в своё кресло руководителя. Вернулся ко мне и развернул кресло вместе со мной к себе.
Дыхание сбилось, от волнения, от всей этой ситуации, от порочности момента. Член возле моих губ жутко смущал, будто я никогда этого не делала. Делала, но только мужу и не особенно часто.