Я даже не ощущаю этого. Вот он, выход! Нужно просто рискнуть. Впрочем, долго раздумывать мне не дают.
- Ну давай уже, прощайся со своим почти бывшим мужем, да пошли. Надоело ждать, - доносится от стены, где залип некромант.
Я успела! Вейн метнул огромный сгусток, но я стала между ним и некромантом. И он весь попал в меня. Ощущение дикого холода на секунду затмевает всё. Я вижу выражение дикого ужаса на доселе совершенно равнодушном лице Вейна. И его синие глаза. В них столько боли.
Каким-то чудом делаю шаг к мужу.
- Я люблю тебя, - шепчу, прежде чем наши губы смыкаются. – И только тебя.
А дальше делаю то, что и раньше: пропускаю сквозь себя его магию. Только в этот раз без желания Вейна. Его испуганный голос доносится словно издалека:
- Дарьяна, Дарьяна, нет! Что ты наделала! Нет!
Но мне уже все равно. Все тело застыло от холода. Замерзло. А вслед за телом и эмоции заледенели. Меня накрыло полнейшее равнодушие, и я закрыла глаза.
- Что ты вообще творишь, Дарья?!
Этот вопрос мне адресует злая как черт Филисия в своем излюбленном белом офисе.
- А что? Нужно было позволить Вейну сделать шаг в пропасть. Уж извините, но мне такой вариант не подходит.
- А умереть тебе подходит? Оставив его вдовцом, а детей – сиротами?
- Ну… такой вариант меня тоже не устраивает, но… Я умерла? – спрашиваю и замираю. Страшно услышать ответ.
- Нет! Но твой сон почти как смерть. Ты в стазисе уже несколько недель. Но, к счастью, твое тело справляется с полученной магией.
- А что с некромантом. Ну тем… кто был в нем? – спрашиваю.
- Ну да, если сравнивать, то мои объяснительные – это отдых по сравнению с тем, что ждет Маграсса.
- А что его ждет?
- Он нарушил очень много правил. В качестве наказания для него выбрана обычная, земная жизнь.
- Думаете, этого хватит, чтобы он перевоспитался?
- В его интересах, чтобы хватило. Иначе следующая жизнь будет еще хуже.
Уже открываю рот, чтобы сказать, да куда уже хуже, но поспешно закрываю. Нет уж, жизнь меня научила, что всегда, когда думаешь, что хуже некуда, вселенная посылает еще какую-то гадость. Чтобы не расслаблялась.