Граф Леонел не пришлет людей, император Карл дал ему поручение на других землях."
"— Печально, — поник король. — Что ж, надо уходить, пока не поздно. Маг наш так и не вернулся. На него только надежда и была. И дочь пропала, нет вестей. Объявляйте сбор.
Стоящий сбоку рыцарь кивнул и гаркнул так, что у меня чуть глаза не лопнули:
— Сбор!!
— Стойте, — возражаю. — Давайте отобьемся?
— Не отобьемся, только разозлим, — ответил король, удаляясь. — Оставьте им дань и уходим!
Последнее было сказано своим и с такой горечью.
— Я остаюсь, — фыркнула. — Кто со мной?!
Король обернулся, посмотрел пытливо и произнес строго:
— Аласия наш союзник, которого мы предали, допуская на наши земли врага в лице разъездов Карла. Мало того, мы еще им и провизию даем, чтобы села не жгли. Виконтесса Валерия, зачем вам помогать предателям?
— Вы за народ свой переживаете. Выхода у вас особого нет. Отныне я ваш лорд протектор, — выдала отсебятину. — То есть покровитель. А ну к бою готовиться! Мужики вы или как?!
Оба рыжих глаза округлили.
— Что ж, — недолго думая, произнес король. — Позор нам, что женщина решительнее мужчин. Остаюсь я, остальные по добровольному решению, никого принуждать не могу. Смерть нам верная, но бегать боле не станем. Пришел тот час, к которому шли наши деды, отцы, а теперь мы решимся на последний бой.
Остались все, что и следовало ожидать. А все это кто? Сорок два солдата и четыре рыцаря. Королевское войско, смех и слезы. Семь лучников на стенах, остальные мечники.
Атаки ждали полтора часа. Я уже заскучала и восторжествовала. Закат близится.
— Идут! — Раздался крик визглявый. Такой только к трусости пару пунктиков добавил народу.
Дыру тремя телегами закрыли, подпорки поставили. Все на позициях, в основном на стенах и подступах к ним, с возможностью подняться к лучникам.
Поднялась и я по каменным ступенькам. Меж зубцов высунулась. Идут… В груди похолодело от увиденного. Не тролли, а троллища. Метра под два, здоровенные, и это еще сгорбились, как горбуны, тела мощные, морды уродливые.
— В прошлый раз их было значительно меньше, — запричитал старичок с луком. — Три села сожгли, обошлись мы малой кровью. Оставили им скота, как дань, успокоились, дальше не пошли.