И раз уж это противостояние не заканчивалось, все, что нам, женам, оставалось – привыкать к тому, что это всегда будет в нашей жизни.
Дом, куда меня привозят, шикарен. Он куда больше того, в котором я ночевала после несостоявшейся свадьбы с Рико. Брат мужа по-прежнему не разговаривает со мной, и я уже начинаю думать, что это не прихоть, а просто невозможность говорить.
Однако Оскар проводит меня не только до самого дома, но и дожидается момента, чтобы я зашла и закрыла дверь.
Оказавшись одна посреди огромной прихожей, я немного растеряна и не знаю, куда пойти.
– Добрый день, – мне навстречу выходит худая женщина лет шестидесяти с чуть раскосыми глазами, словно у нее есть восточные корни. – Вы, наверное, Сандра?
– Да, я жена Чезаре.
– А я Индира, – приветливо улыбается она. – Я присматриваю за домом и занимаюсь приготовлением еды. Хотите, все вам покажу?
– Было бы чудесно, – соглашаюсь, чувствуя себя крайне неловко от того, что в первый мой день я заявилась сюда одна. Понимаю, что вряд ли Чезаре бросил бы меня просто так, если бы не произошедшее.
Индира оказывается очень приятной женщиной, которая устраивает для меня целую экскурсию. Родительский дом явно меньше этого, и размах, конечно, поражает.
До конца дня я, по сути, предоставлена сама себе. Раскладываю некоторые вещи так, как мне будет удобно, расставляю всякие женские мелочи в спальне.
Звоню Аделине, та, конечно же, пытается расспросить меня о том, как прошла моя первая ночь, но я расплывчато отвечаю, пообещав, что при встрече поговорим более подробно.
– Так давай увидимся? – с энтузиазмом предлагает она. – Завтра вечером мы улетим, и когда теперь увидимся?
– Я не могу. Случилась какая-то стычка с русскими, и Чезаре уехал разбираться, но перед этим запретил покидать дом до его возвращения.
К вечеру на ужин муж не приезжает. Индира, заметив мое настроение, пытается меня ободрить, но в итоге я остаюсь одна – она уходит в дом для прислуги, которой тут оказывается немало – кроме Индиры есть еще садовник, две горничные, работающие посменно, и еще водители с охранниками.
Я успеваю принять душ и уже почти смиряюсь с мыслью, что сегодня придется засыпать одной. Это обратная сторона жизни с мужчинами из мафии. Ловлю себя на мысли, что помимо воли думаю о муже – в порядке ли он?
Однако когда я уже забираюсь в постель, дверь спальни открывается, и на пороге появляется Чезаре.
Вот только утром он уезжал в белой рубашке, второпях не став переодеваться.